Хитрая наука

Но после таких потрясений странности были скорее ожидаемы, чем наоборот.

Только когда Лена убрала крапивное полотно совсем и потянулась к Сергею, чтобы обнять его, а он не потянулся к ней в ответ, продолжая вместо этого как-то недоверчиво разглядывать свои руки, стало ясно, что что-то не так.

— Ты опять меня не помнишь? — спросила Лена, и в голосе ее послышались слезы.

Впрочем, она не начала плакать, а вместо этого как-то придала своему лицу еще более решительное выражение, чем раньше.

— Нет, — ответил Сергей, и тут же в первый раз с момента разрушения проклятия оживился: — То есть да, помню, конечно, помню.

Его голос на мгновение прервался.

— Я ничего не чувствую, — признался Сергей после паузы и уточнил: — Физически. Совсем ничего. Вот, смотри.

Вместо того, чтобы ущипнуть себя за руку или за бедро, как можно было бы ожидать, Сергей вдруг ухватил собственный нос и резко повернул его, будто хотел закрутить в спираль.

— Ай, прекрати!

— Перестань!

— Не надо!

Все три его невольные зрительницы закричали чуть не хором, испугавшись, что так он вот-вот сломает себе нос.

Сергей убрал руку от лица и сказал:

— Вот — ничего. Так странно, как будто моего тела вообще нет. По крайней мере тех частей, которых я не вижу.

— Значит, новое проклятие лишило тебя осязания, — сказала Катя.

— Еще одно! — воскликнул Сергей резче, чем она когда-либо слышала, чтобы он говорил. — Сколько же их? Я уже сбился со счета.

Тут все одновременно вспомнили, что про "Двенадцать цепей — двенадцать замков" ничего ему не рассказывали.

— Кажется, мне нужен будет еще один дуриан.

И сразу же после этого рухнул как подкошенный. Стоявшая совсем рядом с ним Лена не успела даже попытаться поймать его, прежде чем он ударился об пол. Однако она действительно выхватила собственный волшебный платок: такой же белый, как у Кати, но вместо ярко-оранжевой кромки его украшала вышивка другого оттенка белого.

Платок пригодился Лене, чтобы устроить Сергея, который, похоже, потерял сознание, на диване. На этот раз без чьей-либо помощи, хотя Елена Николаевна тоже обеспокоенно подбежала к сыну.

Некоторое время Лена прислушивалась к дыханию Сергея, потом еще раз взмахнула волшебным платком и с облегчением объявила:

— Он просто снова заснул.

Катя, чувствуя себя ошеломленной всем этим, стиснула зубы и попыталась рассуждать здраво.