Хитрая наука

Но потом Катя несколько раз обсудила это с родными, успокоилась и теперь уже на самом деле не верила, что Ворона в ближайшее время снова доставит какие-нибудь неприятности. Все-таки раньше та всегда полагалась на волшебство. Полузабытое, ужасное и даже запретное, но волшебство. Именно с его помощью она пыталась похитить Маринку с Максимкой, чтобы украсть их силы, а потом приручила чудовище и почти скормила ему двенадцать взрослых премудрых. Вряд ли ей было бы легко переключиться на что-то совершенно другое, и злость тут ничем не помогла бы.

Так что Катя не оглядывалась в страхе, высматривая Ворону. Да и вообще думала о ней мало. Леха чувствовал Катину несерьезность, и его это вроде как раздражало. Однако он особо не настаивал, а все чаще передавал приветы через Настю, и от нее же Катя узнавала новости о самом Лехе.

Ужасная история, которая могла бы стать катастрофой для Лехи и Насти, на деле сблизила их еще больше. Катя была за них очень рада, и на ее картине они сидели, конечно, рядом, переглядываясь ласково и лукаво.

Их образы были уже завершены: великан-охотник с внушительным каменным топором — богатырская палица не вписалась бы в первобытную эстетику — и хрупкая златовласая охотница с длинной косой, перекинутой через плечо на перед, и двумя острыми копьями за спиной.

Насчет копий вышло забавно. Во время одного из разговоров с Настей Катя прямо спросила, какое оружие та предпочла бы, если б ей приходилось охотиться на мамонтов и отбиваться от саблезубых тигров.

Настя рассмеялась и тут же ответила:

— Копье, конечно. А еще лучше сразу два!

После этого Кате пришлось разузнать о копьях побольше, чтобы изобразить на картине что-то эффектное и в то же время похожее на правду.

Теперь Катя писала Лену и снабдила ее целой коллекцией отполированных до блеска костяных ножей. Они очень шли ей по духу. По крайней мере, насколько Катя могла судить по их единственной памятной встрече: Лена тогда показалась ей твердой, резкой и яркой...

Музыкальная трель мобильного телефона заставила Катю вздрогнуть и вынырнуть из воспоминаний и рисования обратно в реальность.

Катя аккуратно отложила кисть и потянулась за телефоном. На экране крупно светилось "Настя", и Катя почувствовала укол тревоги: новая подруга звонила ей часто, но с работы — никогда, а на праздничные выходные Настя набрала смен в больнице, пользуясь тем, что в эти дни работу не нужно совмещать с учебой.