Хитрая наука

Да и, говоря по правде, не так уж старалась, осознавая, что один иррациональный страх после всей выматывающей истории с Вороной можно было считать скорее удачей, чем проблемой.

Катя надеялась, что со временем все пройдет само, когда воспоминания о пережитых ужасах потеряют остроту. Приблизить этот заветный миг как раз и помогала живопись, охота к которой с первых дней нового года вернулась в полную силу.

Как и задумывала когда-то, успокаивая себя в логове худа, Катя теперь сделала уйму набросков по мотивам минувших приключений.

На них огромные хищные птицы — мощные тяжелые клювы, загнутые острые когти, размашистые серые крылья — налетали, застилая небо. Пытались схватить и унести прочь двух крохотных детей с взлохмаченными русыми кудрями и огромными испуганными глазами.

Гигантский черный смерч отрывал от земли девушку, которая казалась на его фоне легкой и хрупкой, как пушинка, а оскаленный белый череп тянулся к ней из черноты, чтобы не то поцеловать, не то украсть ее душу.

Могучий богатырь, превозмогая боль в израненных руках, отказывался отпустить волшебную палицу, а уродливая ведьма с безумным взглядом насмехалась над ним... Катя отвела душу в этом сюжете, изобразив Ворону настолько безобразной, насколько вообще умела. Портретного сходства там не было и в помине, зато образ внушал те же ужас и отвращение, которые Катя всегда испытывала при столкновении с этой женщиной.

В целом же все, перенесенное на бумагу, выглядело более впечатляющим и захватывающим, чем было в жизни.

Даже в самых страшных моментах открывалась некая жуткая красота, которою в реальности Катя не была способна или не успевала заметить.

Как бы то ни было, она аккуратно сохраняла все эскизы, планируя со временем превратить их во что-нибудь более существенное. При одной мысли об этом вдохновение заставляло сердце биться чаще и покалывало кончики пальцев, почти как волшебство.

***

Катя открыла дверь квартиры, и.

.. чуть не зацепилась за Белку, которая сидела с другой стороны у самого порога, будто ждала очереди на выход.

— Ты чего, там холодно! — попыталась вразумить кошку Катя.

Белка посмотрела на хозяйку, словно бы спрашивая: "Когда это я вообще по доброй воле рвалась на улицу? Получше ничего не придумаешь?", но все-таки отступила дальше в коридор, позволив Кате тоже войти, поставить пакеты на тумбочку и закрыть за собой дверь.