Хитрая наука

Дракса в самом деле проснулся, окинул обеих премудрых надменным взглядом и ушел куда-то по своим кошачьим делам.

Катя натянула сапоги, надела дубленку и привычно перекинула через плечо сумку. Дома, когда собиралась лететь к Лене, она долго раздумывала, брать ли все это с собой, если все равно обернется ласточкой и не будет ни чувствовать холод, ни нуждаться в кошельке, чтобы оплатить проезд. Но предусмотрительность победила, и теперь Катя была этому рада.

Чувствовала она себя уже нормально, как будто и не произносила никаких сильных слов, чтобы снять проклятие, но все равно не рискнула бы возвращаться по воздуху: обессилеть в полете и упасть с высоты — одна из немногих опасностей превращения в птицу.

В последний раз проверив волшебный платок: тот был на своем обычном месте в кармане, Катя сказала:

— Ну что, пока.

Вместо ответа Лена вдруг шагнула прямо к ней и крепко обняла, потом прошептала:

— Еще раз спасибо за помощь.

Катя, не ожидавшая такого, на секунду неловко застыла, но потом все-таки ответила на объятие, и они простояли так несколько долгих мгновений.

А потом, конечно, попрощались. Катя вышла из квартиры и зашагала вниз по лестнице в незнакомом подъезде. Навстречу ей никто не попался. Собственные шаги гулко отдавались гулко и тревожно, и Катя не могла отделаться от ощущения, будто бросила не доведенное до конца дело, и это нехорошо.

Но на улице, где неожиданно распогодилось и теперь совсем по-весеннему пригревало солнце, Катя сразу взбодрилась и к автобусной остановке, которая была видна прямо от подъезда, направилась уже в хорошем настроении.

Глава 5

До дома Катя добралась без новых приключений. Но когда уже подходила к двери родной квартиры, эта самая дверь внезапно распахнулась чуть не прямо у нее перед носом и наружу выглянула явно обеспокоенная Полина Кузнецова.

Она быстро осмотрела дочь с ног до головы, особенно задержавшись на лице, как будто каким-то образом могла заметить раны от когтей, которые совершенно исчезли, когда было разрушено проклятие, державшее Сергея в теле медведя.

Но никаких следов, конечно же, не осталось. Это с самого начала было ясно, а Катя с тех пор еще успела посмотреться в зеркало, да и по дороге домой несколько раз разглядывала свое отражение в витринах, мимо которых проходила. Выглядела она ничуть не иначе, чем утром.

Так что тревожиться за Катю матери было не с чего.