Дремучий случай

После моего наглого заявления, у гадалки вообще глаза на лоб полезли, подобного она не ожидала. Еще бы, вот это прокол, после этого сразу видно, что нет никаких у нее экстрасенсорных способностей и в помине.

— Но вы так похожи, — попробовала она выкрутиться.

Я скривился. Ну-ну, похожа свинья на ёжа.

Старушка совсем растерялась и не знала уже, как бы войти в нужное русло, но тут меня несказанно удивил Березин.

— Дело и вправду непростое, — неожиданно заговорил он. Гадалка тут же подтянулась и вся превратилась в слух.

И Дима начал путано пересказывать всю историю проклятия и появления привидений, а потом и меня в его жизни. Я хотел было его остановить, чтобы он не слишком-то откровенничал перед незнакомой женщиной, а потом подумал: черт с ней, ну кому она расскажет? А если и расскажет, кто ж ей поверит?

Дима все рассказывал и рассказывал, его прямо прорвало, я же занимался таким увлекательным занятием, как рассмотрение потолка, окна, тюля, цветочных горшков на подоконнике…

— Да-а, — протянула женщина, вид у нее был задумчивый.

— Вы поможете? — обрадовался Дима.

— Я постараюсь, — заверила Инга Швайдер, — но вы должны осознавать, что я не могу дать стопроцентной гарантии, что все получится именно так, как вы рассчитываете.

Я не выдержал и вмешался. Эти пустые слова мне уже порядком надоели: «я не уверена», «я не гарантирую».

— Что конкретно вы предлагаете?

Она посмотрела на меня с неприязнью, оно и понятно, Березин был типичным ее клиентом, человеком, который не знает, как ему быть, а потому решивший испробовать последнее средство. С ним гадалка чувствовала себя уверенно, словно он несмышленый малыш, а она воспитатель детского сада. Я же в привычную картину не вписывался. Меня пустые обещания не завораживали, и молиться на нее, как на всемогущую святую, я тоже не собирался.

— Я хочу спросить самих духов, как снять это проклятие, — поразмыслив, изрекла она.

Не, не верю.

— Они-то вам, может, и ответят, но вы их не поймете, — отрезал я.

Но загнать ее в тупик на этот раз мне не удалось.

— Но ведь ты поймешь. Я сделаю зелье, которое заставит призраков говорить правду, а ты переведешь.

Я задумался. В успех данного предприятия верилось с трудом.