Дремучий случай

— Смирился?

Не было необходимости уточнять, о чем она, но все же решил это сделать:

— С чем, с тем, что Дима — мой отец?

— Ты знаешь, о чем я.

Я пожал плечами.

— Отчасти. Я так долго думал и переживал по этому поводу, что мне уже начинает казаться, что я сам себе выдумал эту проблему. У меня классный отец.

Действительно, через пару дней, когда первый шок прошел, я посмотрел на проблему с совершенно другой стороны. Разговор с бабушкой тогда уберег меня от беды и от ненужных необдуманных поступков. Потом, на остывшую голову, мое видение случившегося изменилось.

Знание правды еще больше сблизило меня с Димой. Я стал действительно чувствовать себя как дома, не просто с друзьями, а как в своей собственной семье. Я стал следить за Димкиным поведением, стал подмечать, что у нас с ним имеются сходства в жестах и мимике, во вкусах в еде. Конечно, все это сложно было заметить, если специально не искать, ведь я больше походил на маму. Но я-то искал. Я просто жаждал обнаружить что-то еще общее с ним.

Теперь-то мне стало понятно, почему я любил кофе «по-Березински», который никто больше на дух не переносил.

Все эти открытия радовали и добавляли уверенности. Я был дома.

— Жанна, — признался я. — Я вчера еле сдержался, чтобы не назвать Диму папой, — произнеся это, я почувствовал, как кровь прилила к щекам, будто сказал что-то постыдное.

Жанна пристально посмотрела на меня, будто взвешивая симптомы и пытаясь определить, насколько я болен.

— Так это же замечательно! — внезапно воскликнула она.

— Ты должен ему рассказать правду. Уверена, Дима тоже будет счастлив. Ведь раньше ты думал, что начнешь сомневаться в искренности Димы, если он узнает, что ты его сын. Теперь боязнь этого миновала, Дима выздоравливает, и ты можешь также не беспокоиться, что навредишь его здоровью, повергнув его в шоке.

Я прищурился.

— А заодно проверим, как материя проклятия реагирует на Димины эмоции?

— Сплошные плюсы, — подтвердила Жанна.

В этот момент хлопнула входная дверь. Дима с Оксаной куда-то ушли.

Странно, даже не предупредили. Обычно они всегда предупреждали, что уходят.

— Чего это они? — вслух удивился я.

— Ну, у всех свои секреты, — протянул мой ангел.

— Ты что-то знаешь? — тут же напал я. — Вот так и знал!

— Ангелы знают все, — напомнила она. — Но они не были бы ангелами, если бы трепались об этом на каждом шагу. — Выражение ее лица четко говорило, что она не собирается делиться своими знаниями со мной.

— Дремучий случай, — вырвалось у меня.