Серая Эльфийка. Танцы с саблями

Мы с сестрой тоже не стали отступать от традиций и бесцеремонно открыли дверь в дом дяди Гриши.

— Есть кто дома? Можно войти? — крикнул я, уже ввалившись в хату.

— Кто там? — донесся из дальней комнаты глухой голос слепого.

— Здрасьте, дядь Гриш! Это Тарасовы, Сергей и Света!

— А-а, проходите.

Сосед — ровесник отца, но выглядит лет на десять старше. Он сидел у телевизора и слушал музыкальную передачу.

— Слышал сын к вам приехал. Решил зайти, поздороваться, как-никак с пеленок вместе до третьего класса росли, — объяснил я цель визита.

— А где же он?

Тут дверь со скрипом отворилась, и вошел парень с охапкой дров. На долю секунды он растерялся, увидев нас, но потом выронил напиленные ветки и распростер руки в стороны.

— Серега?! Тарасов?! — закричал он. — Сколько лет, сколько зим?!

Да уж театр по нему плачет. Потому что я почти поверил и кинулся к нему:

— Витек! Дружище!

Сестра передала мне: «Он опасается тебя!»

— Ну, рассказывай, как жизнь. Чем занимаешься? — спросил я.

— Да по Северу мотаюсь с геологами.

Полезные ископаемые ищем. После техникума удачное распределение получилось. Условия у нас, конечно, спартанские, но бригада хорошая, платят неплохо. Думаю, пока семьей не обзавелся, деньжат подзаработаю. А лет через пять-шесть осяду. Куплю квартиру, машину, женюсь. Вон, хоть на Светке, — выдал, словно заученный текст Витек. — А ты как?

«Ни слова правды!» — сообщил «детектор лжи».

— Да в универе на пятом курсе. Куда потом — не решил еще.

В общем, началась милая беседа давно не видевшихся друзей.

— Витек, а помнишь, как мы яблоки тырили в колхозном саду? — пошел я в атаку.

Лжесын Григория не помнил. Ну, правильно — такого и не было.

— А как шланг отцовский порезали и в велосипеды вместо камер вставили? — теперь спросил он меня. Как бы показывая, что на самом деле он «настоящий». Меня не убедило. Историю эту знает каждый житель Веселого. Потому что дядя Гриша так тогда отходил наши задницы крапивой, что мы неделю в школе стояли за партами.

— Такое не забудешь, — гоготнул я.

Сестра тоже прыснула от смеха.

— А речку помнишь? Когда нам запрещали купаться, а мы тайно сбегали с пацанами и плавали, пока губы не посинеют. А чтобы родители по мокрым трусам не догадались, плескались голышом. Но они нас потом каким-то образом все равно вычисляли и давали ремня.

— Конечно! — рискнул согласиться Витек: ведь все же деревенские ребята так делали, делают и будут делать. И попался: все, кроме, стеснительного настоящего Витька.