Сказки середины зимы

- Так ты настоящий? Не фейк?

- А какой же еще по твоему? Ты лучше ответь, согласна побыть Снегурочкой? Помочь мне подарки разнести и детей поздравить? А то моя внучка в отпуск собралась…

- Ты же говорил, что не имеешь права… - изумленно прошептала Снегурочка.

- Для своей родни может, и не имею, - пояснил Дед Мороз, дунув на кран, отчего на нем возникли помехи. – А тут и девочка просит и взрослый, который в душе так и остался ребенком. Достань лучше вон с той полки музыкальный паровозик. Не доставил я его вовремя, но уж как говорится, лучше поздно, чем никогда.

– Все готовы? – спросил он, когда экран компьютера снова засветился. - Тогда вы обе повторяйте за мной: Раз-два-три, меня с тобой перемени! И помните: времени у вас только до утра нового года.

С этими словами Дед Мороз стукнул посохом.

***

… Ну как, по душе тебе такой подарок? – спросил Дед Мороз, когда счастливая Снегурочка снова появилась в избушке. – Это не только меня благодарить надо, а Снежану и ее папу. Смотри-ка, что он тут пишет: «Спасибо, Дед Мороз, ты самый настоящий волшебник.

Дочка говорит, что это самый лучший Новый год в ее жизни. Следующей зимой мы всем семейством отправляемся в Великий Устюг. Очень надеюсь, что смогу поблагодарить тебя лично».

Видишь, как все хорошо получилось. А насчет грибов и ягод мы обязательно что-нибудь придумаем.

…Заняв собой почти весь прицеп, Грязный Снеговик удалялся в сторону города. Организатор панк-елки «Плохой Санта» был доволен. Такая находка перед самым мероприятием! И пускай кто-нибудь теперь попытается его убедить, что чудес не бывает.

Страница автора: https://www.litres.ru/zlata-linnik/

Жанна Бочманова. Шампанское от деда Мороза

За две недели до Нового года Надю Швецову бросил муж: собрал вещи и ушёл, как-то так легко и быстро, что она и опомниться не успела. Он бы и раньше, наверное, ушёл, но в доме, который семья Швецовых строила последние пятнадцать лет и, который вот уже почти достроила, электрики всё никак не могли подключить какие-то последние провода.

И вот подключили наконец, думала Надя, застыв в своём недоумении.

Она, как неопытная ныряльщица, со всей дури шмякнувшись плашмя об воду, потеряла на время способность видеть, слышать и даже дышать. Отбитая кожа кололась тонкими иглами боли. Глаза невидяще смотрели на обшарпанные стены квартирки, на тёртую мебель. В голове всплывали какие-то фразы, словно память прокручивала плёнку, то назад в прошлое, то снова вперёд.