Дальнобой

И как следствие, после демобилизации из Советской армии стал пленником зелёного змия. А вернее, Опивня. — Василь поднял глаза на присутствующих. — Надеюсь, кто такой Опивень, объяснять не нужно. — Ольга с Вадимом помотали головами. — Так. В две тысяча четвёртом проиграл квартиру. Далее опустился на самое дно городской жизни.

Вадим уже с нескрываемым уважением обратился к Древнему.

— Ну вы даёте. Не ужели вы с такой лёгкостью можете узнать всё что угодно и о ком угодно?

Следователь лишь откинулся в кресле и буднично ответил.

— А куда деваться, такая у нас работа. — Чем разрядил напряжённую обстановку, созданную в начале встречи.

Все заулыбались. И Шёпот решил воспользоваться ситуацией.

— А не могли бы вы с такой же лёгкостью подсказать, где сейчас находится эти порождения людей, стоящих на тёмной стороне?

— Вадим Александрович. — Он подчеркнул голосом отчество охотника, давая понять, что уловки и уговоры ему не помогут. — Молодой человек, не нужно на меня давить, вы невнимательно слушали меня в начале нашей встречи.

Я вам сказал, что моя задача — сохранять нейтралитет. И не принимать чью-либо сторону. Лишь в крайнем случае я могу повлиять на ситуацию. Чтобы чаша не пролилась.

— Я понял, — коротко ответил охотник.

— Вот и ладушки. — Следователь встал и прошёлся по комнате. Сделав несколько шагов, остановился. Покачался на каблуках. Василь явно о чём-то размышлял. Ольга с Вадимом молча наблюдали немую сцену. Наконец древнейший ответил: — Где конкретно сейчас находятся неправильные, я вам не скажу.

— Кто, простите? — перебила его Ольга. И повторила: — Неправильные?

— Ну да, неправильные, — повторил Василь. — Неправильные, потому что создала их не тёмная сила, а человек, который считает себя таковым. А человеческий ум нередко заходит, как вы сами говорите, за разум. — Василь подчеркнул последнее слово, давая понять, что ум и разум — это разные понятия.

— Я поняла, извините, что перебила.

На что Василь просто махнул рукой: мол, ладно, пустое. И продолжил.

— Место я не скажу, какое, но не потому, что мне принципиально нельзя этого делать.

А просто оно мне неизвестно. — Шёпот приподнял брови. Василь, заметив мимику охотника, объяснил. — Дело всё в том, что тот, кто приложил руку к созданию неправильных, позаботился и об этом. Я могу только предположить, кто пытается спрятать своё творение. Закрыл он его и от меня. Зато мне прекрасно известно то место, где я не могу в данный момент ничего не чувствовать. И таких мест два.