"Тень света"

Не всякий клещ с ним конкуренцию выдержит. 

А если откажу – дам ему повод донести руководству о том, что я сознательно противодействую финансовому развитию банка. Ну и еще что-нибудь в этом роде. Звучит несерьезно, но на самом деле подобный донос может привести к очень и очень неприятным последствиям. Особенно если все преподнести со знанием дела и подключить к этому Чиненкову.

Вот так и живет наш банк. Весело, дружно, с огоньком.

– Да не вопрос, – передернул плечами я. – Только давай не сейчас, а когда она уходить будет.

– Конечно-конечно, – замахал руками Косачов, явно не поверивший ни одному моему слову. – Как скажешь. И еще – Сашка, дружище, нам надо бы как-нибудь по рюмке-другой коньяку принять. А то ведь столько лет в одном банке служим, и ни разу не выпивали вместе. 

– Почему нет? – остановился я у дверей переговорки. – Особенно если ты угощаешь.

– Не вопрос, – обрадовался Косачов. – С меня «поляна». Посидим, покушаем, поболтаем! Ну все, иди.

И даже не уточнил, как долго я собираюсь с Яной Феликсовной общаться. Вечно занятой Косачов – и не уточнил. Нет, положительно времена меняются. 

Что мне сразу не понравилось – торжествующая улыбка на лице женщины при виде меня, входившего в кабинет. 

– Добрый день, – сказал я, и сразу же добавил: – Если сейчас прозвучит что-то вроде: «Я же говорила, что ты сделаешь так, как будет мне нужно», то разговор не состоится.

Было заметно, что Яне Феликсовне очень хотелось ответить мне особо язвительно, но она сдержалась, промычав нечто среднее между «привет» и «какой наглец».

– Скажу больше – меня не заставили вам помогать. Я уступил просьбам Ольги Михайловны, и сделал это только потому, что очень уважаю этого человека.

Дать сколько-то связный или логичный ответ на вопрос «и вот накой ты нарываешься?» я бы не смог. Но очень уж она меня сразу выбесила. Опять же – невыспанность дала себя знать. Ну и надо, наконец, когда-то начинать ставить отдельные личности на место? Лиха беда начало уже была – Силуянов. Теперь следует закрепить пройденный материал.

– Кхэ! – выпучив глаза, откашлялась Яна Феликсовна, явно непривыкшая к подобному обращению.