Огненный вихрь для колдуна

– Вчера я гуляла, пришла домой около одиннадцати, но ничего подозрительного во дворе не видела. Ни одной живой души. Так что на этот раз ни подозреваемой, ни свидетелем у вас не буду, - улыбнулась во весь рот, с трудом подавив ехидство, звучавшее в последней фразе.

- Понятно, - Нина Ефимовна была немногословна. – Ну, хорошо. Осталось только для успокоения души показать тебе тело, и ты свободна, - ухмыльнулась. – Саш, попрошу тебя в этом поучаствовать, - обратилась к оперу, - покажи ей парня. Может все-таки она его где-нибудь видела.

Следачка повернулась и, не прощаясь, пошла обратно сквозь толпу зевак к двум полицейским в форме, болтавших с третьим, похоже судмедэкспертом. Подойдя, что-то сказала им, и один из полицейских, который помоложе, побежал к «скорой», стоявшей недалеко. Тут же из нее вышли два санитара с носилками и пошли за ограждение. Как грузили убитого, Анька не видела, слишком плотной была толпа соседей, но вот как несли труп, разглядела. И чуть не грохнулась в обморок, вытаращив глаза и задержав готовый вырваться из груди крик ужаса.

Потому что из-под короткой простыни, накрывавшей тело, выглядывали ноги в белых брюках и белых начищенных стильных ботинках.

Анька непроизвольно схватила Сашу за руку, вцепившись с такой силой, что он сразу же поднял голову от своих листков, захлопнул папку и с беспокойством посмотрел на нее.

- Что случилось? – спросил опер. – Ты привидение увидела?

- Я, по-моему, его знаю, - тихо произнесла Анька, мгновенно растеряв свое хорошее настроение.

- Так, так, - задумался Саша. – Боюсь спросить, - помолчал немного и сказал, рассуждая вслух. – Сейчас окажется, что он тебя вчера провожал, и вы тут у подъезда с ним расстались, – внезапно его глаза из голубых стали синими, как-то одномоментно потемнели, и в них появились неуловимые искорки злости. – Анна Львовна, вы опять во что-то влипли?

- Не зна-а-аю, - протянула Анька и неожиданно для самой себя всхлипнула.

Одна крупная слезинка тут же выкатилась у нее из правого глаза и потекла по щеке.

- Анютка, - сказал ласково Саша, - перестань мокруху разводить, - хохотнул, осознав двоякое значение слова «мокруха», и обняв Аньку за плечо, потащил к следующему подъезду еще дальше от любопытных соседей.

- А как же опознание? – всхлипнула Анька еще раз, тем не менее, не теряя навыка сыскной работы. – Мне ведь надо на него посмотреть.