Конь Медный

Вернулся из отсидки, ни дома, ни родни, а из друзей и знакомых либо прежние дружки-фарцовщики, либо брат Мэкки. С женой братец жил плохо, вот они и стали искать друг у друга утешения — Глаз и эта Алла. А братец и не против был. И рога ему, видно, не мешали. Да и пил он так, что ему пофиг на всё было. Мэкки говорил, что у него уже алкоголизм начал развиваться. Интересно, а как он к детям относился? Знал, что они, или один из них — не от него? И каким образом Алла узнала, что у её покойного мужа есть Карта? Как и откуда она вообще узнала, что это за вещь? Или Плащ с Профессором вычислили, где она может быть и у кого, а потом уже дали наводку и указание? Но тогда Профессор должен был быть знаком с братом Мэкки.

А Мэкки сказал, что вышел на того, кто стоит за Плащом уже после смерти брата... Значит, Профессор засветился именно из-за смерти брата Мэкки... Ну и поворот! А если его и убили из-за Карты?!

Теперь я уже почти не сомневалась, что брата Мэкки убрали. Подстроили ДТП по пьяни. И всё.

И ещё я подумала, кто же такой может быть этот Профессор и как он связан с тем, что описан у Моргенштерна.

Теперь ещё Моргенштерн. Слишком уж быстро, даже поспешно, он вдруг сдал нам все свои дела. Ну да, лет ему было уже порядком, но старичок-то был вполне живой и бодрый. В здравом уме и при памяти. Значит, знал что-то? Или догадывался? Что за ним рано или поздно придут. Причём даже не за его коллекцией, а за бумагами. За вот этими записями. И в самом начале нашего знакомства Жан просил меня никому не рассказывать о нём.

Даже Мэкки. Моргенштерн. Жан был с ним давно знаком, а вот Мэкки про него не знал. Плащ и компания его могли вычислить. Или знали, но не были уверены, что тот всё ещё был жив.

* * *

А на следующий день Михмата ждал неожиданный сюрприз в виде Аллы. Она ждала его в коридоре возле кабинета.

- Вы Лобов?

Михмат утвердительно кивнул.

- Сергей сказал мне, что только Вы сможете мне помочь.

- продолжала Алла.

- Сергей? Простите...

- Я Алла. Алла Браславская. Вдова его брата. Серёжка про Вас много рассказывал.

- Ах, простите, не сразу понял о ком речь.

Михмат действительно не сразу сообразил, что речь идёт о Мэкки. Он-то, как и все мы, звал его не по имени, а прозвищем. Как и я в нашей компании была не Нэлла, а Графиня.

Он распахнул перед гостьей дверь своего кабинета.

- Проходите.

- Мы с мужем были практически чужими друг другу.