Детективы Макстретто и преступления Красного города

– Ты то рад, наверное, Альфи. Ты теперь знаменитость, твое интервью показали по телевизору.

– Правда Милошек умер на следующий день после выхода этого интервью, но это ничего, да? – сказал Шонтай. – Главное, что ты его поймал.

– Не смешно, Шон. Он был редкостной сволочью, конечно, и все же живым человеком.

– Это называется карма настигла. Поскользнуться в душе, удариться головой и умереть, это же насколько нужно быть невезучим?

– Ваше Высочество, ты иногда реально, как идиот рассуждаешь, – закатила глаза Клер.

– Клер, ты разве забыла, он принц-рыбка, ему можно не замечать очевидного и верить в столь нелепые несчастные случаи, – сказал Фигенс.

– Ребята, – сказал Шонтай, – давайте возьмем за правило регулярно встречаться и не забывать друг друга.

– Как трогательно, Шон, – сказал Альфи. – Мы учимся в одном университете, если что.

– Не все, – ответил Шонтай.

– У меня новый отец, напомню вам, он министр, редкостный козел и я вообще ни в чем не уверена больше, так что ничего обещать не буду, – открестилась от всяких обещаний Клер.

– Не будешь приходить на наши встречи, я сам буду приходить к тебе домой и орать под окнами, – пригрозил ей Шонтай. – Петь тебе серенады.

– Тебе пора завязывать с любовными романами, читай лучше научную литературу, – посоветовала Клер, смеясь.

– Я тебя предупредил, – икнув, сказал Шонтай, – потом не жалуйся. Я человек слова.

Эпилог

Ночь, бар на окраине Красного города. Мужчина крайне потрепанного вида сидит у барной стойки и общается с барменом.

– Я был мэром целого города, понимаешь? Как сыр в масле катался, а эта тварь лишила меня всего.

– Вам бы домой пойти, – заметил бармен, протирая стакан, – все равно мы скоро закрываемся.

– А нет у меня теперь дома. Все из-за нее. Я следил за этой тварью и залез в какой-то дом и оказался здесь. Не знаю, что произошло, но мира которого я знал, больше нет.

– Вы говорите странные вещи, – тихо произнес бармен, наверняка, слышавший всякое, но не такую глупость.

– Но это правда.

– Давайте Вы расплатитесь и пойдете домой, пока еще на ногах стоите.

Репортаж закончился и начался новый.

– А нечем мне платить, – развел руками посетитель и вывернув карманы своих брюк, доказал, что они были пусты.