Кошки правят миром

Но до чего же весело было, счастья сколько! Поэтому и красуется на стене этот шедевр с заваленным горизонтом. А рядом – новогоднее с Мартиком, кот лучше всех вышел.

Петя пытался участвовать в конкурсах, отправляя свои работы на суд профессионального жюри, но тщетно. Фортуну он лицезрел только со спины. А всякая творческая личность знает, что топить горе необходимо в вине. Петя не стал исключением.

Топил, чего уж, и делал это регулярно, а с недавних пор и вовсе ушел в запой.

Зинаида, в отличие от жен моряков, не стала ждать, когда муж просохнет, и объявила ему развод.

И Петя, который давно уже устал быть мазохистом поневоле, был даже рад такому исходу, но кот, любимый кот, который прожил с ними девятнадцать лет своей кошачьей жизни, неожиданно стал камнем преткновения.

Петя провел рукой по лицу, смахивая невидимую пелену лет:

- Фигу, пусть хоть что забирает, а кота не отдам. Надо бежать, - решил он для себя и, встав на четвереньки, заглянул под кровать:

- Мартик, кис-кис, Мартик, вылезай, мы уходим, - позвал фотограф, скребя по полу пальцами, имитируя кошачье царапанье.

- И куда это ты с моим котом намылился? – Зина подошла тихо; Петя, не успев встать, затравленно взирал на нее снизу-вверх. Наверняка такой взгляд бывает у приговоренного ровно за мгновение до того, как голова окажется на плахе.

Жена, теперь уже практически бывшая, разглядывала его, словно червя. На ее лице отразилось все презрение, которое она испытывала к несчастному фотохудожнику, не нажившему ни денег, ни славы.

Петя, кряхтя, поднялся. В пояснице предательски щелкнуло, и он, охнув, плюхнулся на постель:

- Это мой кот! А всякую шелупонь себе бери! – Он исполненным щедрости жестом обвел интерьер спальни, имея в виду всю квартиру целиком.

- Без тебя разберусь! – фыркнула Зинка и, обойдя кровать, села с другой стороны. – Не бойся, мой хороший, не бойся, мой пушистый, мамочка тебя не отдаст этому безработному неудачнику.

Запрещенный удар попал по живому. Еще месяц назад Пётр числился штатным фотографом в местной газете. Годами числился – и вдруг перестал. Турнули. Даже без двухнедельной отработки.

Может, именно это стало последней каплей в и без того тонущих отношениях, а может, нет, но Зинка указала ему на дверь. Дескать, ничего ее не связывает с безработным алкашом. Ни детей не нажили, ни счастья.