Золото колдуна

Щас я вспомню, как он про это написал… Нет, погодите, я это даже в телефоне в избранное внёс. Это нельзя пересказать…

— Вот, слушайте! — продолжил Родион после того, как покопался в телефонных заметках: — «Рубка борщевика, — заговорил он с истовым подвывом, ударяя на «о», — это азартное и увлекательное, но небезопасное занятие — (о как!) — требующее специального оружия, доспехов…»

— Что, так прямо и пишет — «оружия и доспехов»? — удивилась Настя.

— Ещё бы! «Оружия, доспехов и соблюдения техники безопасности — при рубке борщевик брызгается ядовитым соком и сильно обжигает».

А ещё может наброситься и избить ногами, — добавил Родион нормальным голосом. — «В ближайшее время на нашей интернет-странице будет размещён мастер-класс по изготовлению таких доспехов и палки, пригодной для рубки борщевика».

— А палка-то зачем? Думаю, мачете вроде твоего в самый раз подойдёт.

— Мачета ента самая — сброя бусурманская, православным воинам непригожая, — отозвался Родион. — Мы ужо по-нашенски — палкой его, палкой, диавольское порождение! Я, короче, представляю, как это будет, — продолжал он со смехом.

— Идёт, значит, Воинство Православное. Иконы. Хоругви. Палки наперевес. Кадила дымят. Доспехи скрипят. Тактические лапти пыль вздымают. Впереди Андрон Осетрищев верхом на коне с аршинной бородой…

— Я не поняла, кто с бородой — конь или Осетрищев? — серьёзно спросила Надия.

— Неважно. Главное, что с бородой. И поёт, значит, воинство православное старую песню на новый лад:

Мы идём широкими полями

На восходе утренних лучей.

Мы идём на бой с борщевиками

За свободу Родины своей! — заорал Родион.

— Круто! — оценила Надия. — Думаю, от таких песен борщевики сами сбегут.

* * *

— …Ну и где мы, блин? — спросила Надия, ни к кому конкретно не обращаясь.

Члены экспедиции угрюмо молчали. 

Накануне, миновав поросшую борщевиком пустошь, они снова углубились в лес, проложив направление по компасу, распечатке и гугл-карте. Они привязались к ориентирам и чётко взяли направление. О том, что цель близка, должен был известить извилистый ручей — тот самый, который так и не успели пересечь правнучка Руднева и её возлюбленный драгун.

Однако «расчётное время», отмерянное с приличным запасом, давно миновало, а «расчётная точка» оставалась неуловима, как снежный человек. 

Тем временем бесконечный летний день клонился к вечеру, и Надия приняла волевое решение — разбить лагерь досрочно. «Пятнадцать часов на ногах, надо отдохнуть, — сказала она. — Мы уже близко.