Доктор Шифр

Андрей вешал картину — замечательное полотно местного художника Гадельшина — и стоял на хлипком табурете спиной к входу.

— Извините, закрыто, — прокряхтел он, пытаясь накинуть металлическую петлю на саморез.

— Ну надо же, Андреич, это и впрямь ты! — проговорил за спиной пришелец.

Волошин сразу признал этот голос, пускай он здорово изменился за прошедшее десятилетие: погрубел, усилились нотки цинизма, но зато стал значительно уверенней. Картина сама собой набросилась на саморез, и Волошин поспешил обернуться.

В дверях и впрямь стоял Ким. Он вытянулся, став еще долговязее, чем в детстве, — несовершенство фигуры резче бросалось в глаза. Старый друг был одет так, как одеваются люди, любящие напускать виду внешними атрибутами: узкие, зато модные брюки на кривоватых ногах, заметно дорогой бежевый пиджак и бордовая водолазка, откровенно подчеркивающая солидное брюшко, на которое Киму, очевидно, было плевать.

Он спрятал руки в карманы и сиял улыбкой человека, который знал, что производит нужное впечатление.

— Я всегда думал, что скорее разумные гориллы захватят власть на планете, чем супервояка Волошин повесит портянки на гвоздь и займется эзотерической чушней.

Андрей непроизвольно заулыбался и распахнул объятия.

— Ким, дружище!

Парни крепко обнялись.

Вообще, они не то чтобы терялись на долгие годы, просто общались крайне дозированно. По сути, взаимное притяжение двух друзей спало, когда Ким закончил школу.

А до того момента он был заинтригован проявлением у друга суперспособностей — Андрей это видел.

Еще он видел, что старший товарищ полностью и безоговорочно поверил ему после первого же рассказа. Когда способность различать «подсветку» ушла, когда пропал шар возле сердца бабушки и Андрей ложно убедил себя, что всё стало как прежде, Ким отказывался сдаваться, некоторое время пытаясь возродить угасший дар Волошина.

В надежде, что повторный стресс вновь пробудет сверхспособность, он предлагал самые дикие варианты инициации — вплоть до электрического разряда из розетки или второго удара по голове.

Киму очень хотелось, чтобы его друг оказался экстрасенсом, Суперменом, как в их любимом сериале детства — «Тайны Смолвиля».

Но «цветовидение», казалось, ушло навсегда. Ким потерял надежду обзавестись личным другом-супергероем и пошел своим путем. После школы его отец, весьма преуспевающий бизнесмен, сколотивший неплохой капитал на логистических услугах, устроил парня в престижный московский вуз на экономическую специальность.