Доктор Шифр

Остальное время она проводила либо на работе, либо с Андреем. Влюбленным стало казаться, что ведьма приняла новый для нее порядок вещей. Всего один телефонный звонок показал, что это далеко не так.

Вечером Андрей с Дашей находились дома: валялись на диване (единственном предмете мебели в просторной комнате), смотрели фильм по телевизору, стоявшему прямо на полу. День у обоих выдался ломовой. Волошин принял рекордное за последние месяцы количество «двухзначных», а Даша отвела шесть уроков до обеда, затем танцевала на благотворительном мероприятии, а после отработала еще четыре часа в танцевальной студии.

Они просто лежали в обнимку, освещаемые экраном телевизора, изредка перекидывались общими фразами.

Когда зазвонил мобильник, Андрей почувствовал, как напряглось в его объятиях тело Даши. Она некоторое время смотрела на дисплей, словно на притаившуюся гадюку, а ответила с осторожностью сапера, обезвреживающего хитроумное взрывное устройство.

— Да, Мар…

— Ну и где ты шляешься, дрянь?! — раздался резкий голос, настолько громкий, что Андрей расслышал каждое слово.

Даша замешкалась с ответом, а Волошин ощутил дрожь в ее руках. Она поспешила вылезти из кровати, отошла к окну.

— Я… Мы же вроде как… — робко пыталась оправдаться Борисова.

Ответом ей послужил очередной вопль. Это окончательно переполнило чашу терпения Андрея. Он толком не разобрался, что взбесило его сильнее: наглый, беспардонный звонок с непонятными требованиями в одиннадцатом часу вечера, отношение Мары к Даше как к своей собственности или то, что девушка покинула объятия Андрея, словно оставляя за границами своей жизни.

Что-то из перечисленного, а скорее всё сразу, мощной катапультой выбросило парня из расслабленного состояния. Он подлетел к Даше, выхватил мобильник и успел расслышать хлесткие реплики Мары:

— Ты что о себе возомнила, девочка?! Корону нацепила, да? Думаешь, всему научилась? А вот не задирай нос, тля! Я мигом спущу тебя с небес на землю! Запросто, одним мизинцем! Ты — никто! Букашка! И если я захочу, то раздавлю тебя, как букашку!

Мара буквально верещала в трубку, но не сами ее слова удивили Андрея, а то, как они были сказаны.

Ведьма оказалась мертвецки, неподобающе пьяна! Ее язык едва поспевал за злыми мыслями, а слова обрывались неразборчивым истеричным бульканьем. Волошину настолько не понравилась сумбурная ругань, полная желчи и комплекса превосходства, что он хлестко оборвал ее отборной армейской матерщиной.