Будущая ведьма в законе

Да, Господи! Что там делать?

Пыль убрала, мусор собрала – лежи отдыхай! Постирала, в сушилку развесила – лежи отдыхай! Перегладила, в шкафы, по местам, разложила – лежи отдыхай! Овощи начистила, мясо нарезала – лежи отдыхай! Все по кастрюлькам и горшкам закинула – лежи отдыхай! На печку расставила, огонь на таймер включила – лежи отдыхай! Грядки проверила, то, что на них созрело собрала, в стазис-шкаф забросила, полив включила – лежи отдыхай!

Про грязную посуду, которая возникает из ниоткуда, вообще говорить не буду.

Мачеха честно считала, что я валяюсь целыми днями, и устранилась от скучных бытовых мелочей – а мне это было только на руку. Сама себя травить не буду точно.

Так я и жила: учеба – дом – учеба. А месяц назад, возвращаясь домой после занятий, столкнулась с молодым мужчиной. Высокий, яркие синие глаза, короткие каштановые волосы, поджарая фигура. Я рассмотрела все в тот момент, пока пребывала в его объятиях. Ах, обниматься с незнакомцами на улице нельзя, скажете вы? А то, что он удержал меня от падения и спас от удара головой о мостовую, может считаться достаточным основанием?

Конечно, он представился, извинился за неловкую ситуацию и хотел проводить меня до дома – однако разрешения не получил.

Даже когда я просто произношу вслух его имя, улыбка сама собой появляется на моих губах, а в груди разливается приятная легкая истома. До сих пор помню аромат его парфюма, тепло его крепких рук на своей талии и спине.

За это время мы виделись несколько раз. Но не подумайте, что это были свидания. Не вгоняйте меня в краску! Просто он служит недалеко от цеха ученых. И когда увидел меня после того столкновения, деликатно поинтересовался моим самочувствием. И в следующий раз... Мы встречались неоднократно, но исключительно случайно, и Тэо – простите, тар Тэо – искренне мне улыбался.

А сегодня он поцеловал мне руку. У меня чуть сердце не выпрыгнуло из груди и мурашки побежали, когда его дыхание обожгло кожу...

Ой, что я глупая о себе, да о себе... Вам, наверное это не интересно...

Так Тэо, когда заглянул мне в глаза проникновенно промолвил, что счастлив вновь видеть прелестную тарину. Его ультрамариновые очи с такой откровенной радостью смотрели на меня, что смущение окрасило мои щеки румянцем.