Петербургский дракон

Подозрений Булата в Скрытом Трехгорье никто не разделял, даже его отец.

— Что о смерти Иеракса говорили драконы в Золотой пещере? — спросил Булат.

— Я не был на похоронах.

— Почему? — удивился стражник.

— Вагус Морган оставил меня дежурить у старика Хиршуса. У него разыгрался приступ подагры. Я давал ему лекарство по часам. Но даже через стены Тифона было слышно, как пели девы-птицы. Хиршус плакал. Жаль, что я их не видел.

— Поют-то они хорошо. Голову напрочь вырубает. Потом улетают, и все еще хуже становится, — проворчал Булат.

— Ты все-таки припомни, что драконы болтали после похорон? Не официально, между собой.

— Говорили, что трагическая случайность. Никогда до этого молния дракона не убивала… — ответил Феникс.

Он вдруг вспомнил рассказ своих приятелей. Молодые драконы были на поминках погибшего дракона в Золотой пещере. Они там впервые напились и потом долго подтрунивали друг над другом, рассказывая о пьяных выходках. Ребята подшучивали и над Фениксом, называя его добрым доктором Айболитом. Он обижался и жалел, что не участвовал в веселье.

Так вот, ему мимоходом передали, что сын покойного Иеракса Флоринса искал его в Золотой пещере.

Тогда Феникс не придал этому значения. С главным казначеем он виделся всего один раз, когда расписывался в списке сокровищ своего драконьего гнезда, к слову, тощего на вид. С его сыном, Ароном Флоринсом, он познакомился только в Петербурге, а до этого ничего о нем не знал и никогда не видел. Теперь молодого дракона словно самого прошибло молнией.

Его искал Арон! Зачем? Феникс только сейчас связал все воедино.

Значит, Арон хотел с ним о чем-то поговорить. Получается, что отрубленная голова неслучайно произнесла его имя. В груди Феникса что-то оборвалось, сердце замерло от ужаса. Он споткнулся и шлепнулся в воду. Булат помог подняться.

— Ты чего? — спросил стражник.

— Вспомнил голову Арона, — сдавленно сказал Феникс.

— А… — протянул Булат.

Вид молодого дракона встревожил стражника. Булат и сам не раз вспоминал последние слова Арона: «Феникс сможет…» Сначала он тоже не обратил на них внимания.

Но вопросы главного советника Геридиуса Арумса заставили Булата изменить свое отношение. Эти слова могли значить больше, чем кажется. Булат подозрительно взглянул на Феникса.

Всю оставшуюся дорогу по болоту и лесу они молчали. Лишь в машине Булат повеселел и поинтересовался жизнью молодого дракона в Петербурге.

— Работаю в клинике Гордея. Живу, как и Левон, на набережной Фонтанки, но ближе к Неве, — рассказал Феникс.