Петербургский дракон

Буквально через несколько секунд его лицо покраснело, зрачки расширились. Как сумасшедший, пленник заметался между триксами, которые легонько подталкивали его обратно в центр круга. Спустя минуту пленник упал на пол пещеры, начал корчиться, шумно хрипя и со свистом втягивая воздух. Его лицо почернело и раздулось. Потом он затих, лишь изредка делая шумные вдохи. Драконы обступили Туриста кольцом и взволнованно обсуждали происходящее:

— Что с ним?

— Припадочный?

— Больной?

— Убил себя?

— Притворяется?

— Гиосциамус нигер, — сказал главный лекарь Вагус Морган после короткого осмотра почти бездыханного тела лазутчика.

— Поясни, — раздраженно потребовал Геридиус Арумс.

— Он яд принял. По действию — белена черная, гиосциамус нигер[1], — объяснил лекарь. — Нужно спасать? — спросил он у главного советника.

— Не нужно. Смотрите, сейчас начнется, — прошептал Белый Олган.

И в самом деле. Тело Туриста зашевелилось, стало вытягиваться, обрастать разноцветной чешуей, руки и ноги слились с туловищем.

Он обвел взглядом остолбеневших драконов, поднял вверх округлую морду, закрыл глаза и взвился столбом вверх. Повисев вертикально несколько секунд, змей потерял форму, распался на цветные полупрозрачные полосы и растворился в воздухе.

— Радужный Полоз, — объяснил обалдевшим драконам Белый Олган.

— Ничего себе, — изумился Булат.

Он все еще смотрел вверх, где растворился змей, мотая квадратной головой и почесывая затылок.

— Потрясающе! — восхитился Вагус.

Главный стражник Гурий Арабей хмыкнул, усмехнулся и тихо произнес:

— Во, зараза.

Настроение у него сразу улучшилось. Конечно, лазутчик его перехитрил. И еще предстоит выяснить, что потребовалось волшебному змею в Скрытом Трехгорье. Но теперь все встало на свои места. Гурий понял, почему на Туриста не действовал драконий гипноз и эликсир правды «Словодрищ». Кроме того, теперь можно было объяснить независимый вид пленника и отсутствие страха перед драконами.

— Как ты догадался, что это Радужный Полоз?

Старик презрительно фыркнул и медленно, подволакивая задние ноги, пополз к выходу из Золотой пещеры. Драконы расступились, давая Белому Олгану дорогу и провожая его настороженными и даже испуганными взглядами.

К Гурию подвинулся Геридиус.

— Вот вредный характер. Хоть бы в чем-то помог, — сказал он вслед старику.