Петербургский дракон

Сонная болезнь

Лиля спала все больше и больше. Если бы Феникс ее не тормошил, она бы и днем не просыпалась. Гордей связывал сонливость с родовой доминантой и энцефалопатией беременных. Это когда перед родами женщина глупеет, ничем не интересуется, а ее организм перестраивается только для одной цели — родить малыша. Но Феникс беспокоился, что Лиля так много спит из-за яда ребенка, который отравляет ее организм и угнетает нервную систему. Гордей уверял, что драконий токсикоз выглядит совсем по-другому.

Феникс особенно переживал из-за своих необычных токсинов.

Он боялся, что Лиля заснет и не проснется, умрет от остановки сердца. Гордей уверял, что с сердцем у нее все в полном порядке, а молодой дракон дурью мается. Тем не менее Феникс решил проконсультировать свою жену у опытного кардиолога. Тем более что в клинике Гордея работали отличные врачи, все прекрасные специалисты в своей области, в человеческом понимании, конечно.

Электрокардиограмму Лиле снимала молоденькая медсестра Иришка. Маленькая, конопатая, с большими ресницами, которые она подкрашивала синей тушью.

Девушка обладала неуемной энергией, носилась по клинике как электровеник и знала все новости и сплетни.

— Ой, какое красивое, — восхитилась Иришка, заметив кольцо с бледно-голубым камнем на безымянном пальце правой руки Лили.

Крупный бледно-голубой аквамарин прямоугольной формы в окружении брильянтов был вставлен в изящную золотую розетку. Камень идеально подходил к цвету глаз Лили.

— Феникс подарил? — поинтересовалась медсестра.

Лиля кивнула.

— Повезло. Здесь все девчонки на него заглядывались. Он ни на кого внимания не обращал. Хороший он. Не то что мой Васька, — сказала девушка, посмотрев на простенькое колечко с бирюзой, украшавшее ее мизинец, при этом вздохнула и улыбнулась.

Пока снимали длинную ленту электрокардиограммы, Лиля умудрилась заснуть.

— ЭКГ — вариант нормы, — сказал седовласый Борис Алексеевич, коротко взглянув на бумажную полоску.

— Вы уверены? — недоверчиво спросил Феникс.

— Всем бы, батенька, такую ЭКГ, — весело ответил кардиолог.

— Нет никаких признаков нарушения ритма или инфаркта?

— Почему вы спрашиваете? — напрягся врач. — Наследственность? Кто-то в семье умирал в молодости? Были случаи внезапной сердечной смерти?

Лиля испуганно посмотрела на Феникса. Борис Алексеевич вновь развернул ЭКГ и стал всматриваться в зубцы и волны.

— У меня в семье отягощенная наследственность, — высказал как мог свои опасения Феникс.