Двери в полночь

— Я тоже понятия не имею, где он, — сказала я как можно безразличнее, — он сдал меня лисичкам и куда-то исчез.

Шеф резко остановился и с легкой печальной полуулыбкой начал меня разглядывать. Как ни старалась я сделать равнодушное лицо, обиды на Оскара, провозившегося со мной столько времени и вдруг бросившего среди бела дня, скрыть не удалось.

— Эге... — он вздохнул. — А без кофе все же не обойтись. Пошли.

Он подтолкнул меня вперед, и вскоре мы оказались в его кабинете. Я без приглашения плюхнулась в уже закрепившееся за мной угловое кресло.

Шеф полез в шкаф за кофе, но к моему искреннему удивлению, вытащил оттуда приземистый хрустальный графин с янтарной жидкостью.

— Виски, — ответил он на мой немой вопрос и поставил графин на стол.

— Я не пью, — запротестовала я.

— Правильно не пьешь, — поддержал меня Шеф, наполняя два низких бокала льдом и пододвигая один мне, — вам, оборотням, вообще нельзя. Вы потом не можете четко превратиться. Такая умора получается...

Он налил нам шотландского самогона на два пальца.

— ... но иначе я ничего не расскажу тебе об Оскаре.

Горло обожгло, и я стала хватать ртом воздух.

— Гадость!

Шеф рассмеялся, отпив их своего бокала.

— Ничего ты не понимаешь в гадости! Вот что мне однажды пришлось пить...

— Вы про Оскара обещали, — бесцеремонно напомнила я ему, видя, что он готов пуститься в воспоминания о своей бурной юности. Интересно, сколько же ему на самом деле лет?

— Оскар... — Шеф вздохнул, поставив бокал на стол, и вытащил трубку.

— Оскар — краса и гордость нашего скромного заведения. Причем краса в той же степени, что и гордость, если ты меня понимаешь...

Я кивнула. Ни в том, ни в другом сомнений не возникало.

— Существо он очень занятое, — продолжал Шеф, и я с удивлением отметила, как легко он заменил слово «человек», — на нем фактически половина всей конторы. Да-да, он не только оборотнями занимается. На нем еще вампиры висят, суккубы-инкубы всякие, часть ведьм, что поагрессивнее...

Вампиры. Ведьмы.

Мне как-то не приходило в голову, сколько тут всякой нечисти работает кроме нас... Видимо, лицо у меня стало уж очень выразительное, а глаза слишком большие, так как Шеф оборвал себя на полуслове и продолжил:

— Хотя юридически я здесь самый главный начальник, на самом деле всю работу мы с ним делаем вдвоем, — он покрутил кубики льда на две своего бокала, и они застучали друг о друга с приятным звуком.

Что ж, это объясняет их панибратский стиль общения.