Двери в полночь

После того случая Внизу, когда он чуть не набросился на меня за «святотатство», да и вообще после того, как оказалось, что Доминик усиленно промывал медведю мозг, оборотень стал каким-то стеснительным, как будто постоянно чувствовал себя неловко, а рядом со мной и вовсе каменел. Когда перед тобой неловко топчется «шкаф» примерно два на два метра, с трудом выдавливая из себя попытки завязать разговор — это как-то странно. К тому же, его вины в этом не было, иначе Шеф не подпустил бы его к дальнейшим дежурствам.

Однако Михалыч все равно чувствовал свою вину.

Мы попытались о чем-то поговорить, но беседа не клеилась, и вскоре он отошел в сторону, чтобы не мешать нам с Вел.

— Тяжелый случай, — я покачала головой, — мне его даже жаль.

— Мне его тоже жаль было, — Вел попыталась размотать наушники, запутала их еще больше и тихо выругалась, — когда на него Оскар орал.

Я чуть не выронила сигарету изо рта.

— Оскар что?

— Орал. После нападения на тебя. А потом пришел АлеДми, — Вел сделала эффектную паузу, подняв на меня взгляд, — и вот тут мне стало еще жальче.

Он не кричал, но я думала, наш медведь сознание потеряет.

Я пару раз моргнула, переваривая полученную информацию.

— А ты-то это все откуда знаешь?

Эмпат ухмыльнулась озорной улыбкой:

— У меня везде глаза и уши.

Прошло уже, наверное, минут двадцать, и заходить было самое время. Я уже почти начала нервничать, когда от черного хода Института наконец отделилось три фигуры. Одна из них, поджарая и невысокая, определенно принадлежала Черту.

Вторая, по-видимому, была Катариной. А вот кто был третий? Кто-то немного выше ее, судя по всему, мужчина. Пару секунд он постоял рядом, а потом вернулся в Институт. И он стоял не просто рядом, а настолько близко, что любой вампир давно свернул бы ему шею за вторжение в личное пространство.

— Кто это там? — Я кивнула Вел, но прежде, чем она успела ответить, к нам подбежал Черт, потирая замерзшие руки. За пару шагов от него показалась Катарина.

— Ну что, — капитан оглядел присутствующих и ободряюще улыбнулся, — вперед!

Прошло уже очень много времени с тех пор, как я впервые спускалась в Нижний Город. Со мной был Шеф, и я познакомилась с группой, еще не зная, что буду в ней работать. Я не верила в то, что происходит, и идея впрыгнуть в Александрийский столб казалась мне на удивление абсурдной.

Сейчас я с ощущением легкого возбуждения ждала, когда настанет мой черед.