Двери в полночь

— Мне казалось, я вполне себе стояла на ногах, — я приподняла бровь, вставая в самую независимую позу, какую могла: нога отставлена, руки уперты в бока. А еще я босиком и на мне только порванная футболка.

— Ну, не столько стояла, — Шеф сделал вид, что ему неловко, — сколько висела. И не на ногах, а на руках. На моих.

Я махнула рукой и отвернулась, он хмыкнул.

— Как спина?

— О, нормально, уже зажила. Но спасибо, что спросила, — он чуть склонился в шутливом поклоне. — А твоя?

Я постаралась сохранять такое же безразличие и уселась на кровать, закинув ногу на ногу.

— Тоже вполне нормально. Зажила, — я передернула плечами, не вполне веря, что на этом расстоянии в 50 сантиметров от плеча до плеча может скрываться сила, достаточная, чтобы поднять в воздух взрослого мужчину и тощую женщину.

— Хорошо. Что ты помнишь?

Я честно попыталась задуматься.

— Мало. Помню, что болело все тело. Помню, что иногда приходила в себя. Что ты меня поил. И уговаривал что-то съесть.

Он вынырнул на середину комнаты, повязывая привычный черный галстук-селедку.

Тут-то их и бить.

— Помню, дождь был очень сильный. Потом... потом ты сказал, что я умираю.

— Ну вот не надо, ты сама додумалась.

— Ок, уговорил. Потом я плакала...

На лице его мелькнуло напряжение. Поймав мой недоуменный взгляд, он пояснил:

— Галстук не дается. Так что дальше?

— Дальше почти ничего. Ты меня куда-то унес. На крышу. Потом падение вниз.

— Хорошо, — Шеф наконец победил галстук и деловито хлопнул себя по карманам, — как ты сейчас себя чувствуешь?

— Как бешеный огурец на спидах.

— Рад за тебя, — он действительно улыбнулся. — Собирайся, поедем отпразднуем твое возвращение в мир живых и не совсем людей.

Глава 30

Шел дождь. Гулко стучал по крыше машины, запорашивал окна.

Я подняла руку и автоматически провела по тонированному стеклу вслед за сползшей каплей. Она соскользнула вниз и смешалась с остальными, слившись в одну лужу где-то под колесами.

Майбах Шефа стоял у дверей Института с включенным двигателем, недвусмысленно намекая, что выйти мне все-таки придется. Шеф, сидя слева от меня, молча смотрел перед собой в лобовое стекло, разглядывая размытый силуэт Дворцовой.

Я вздохнула.

— Тебе бензина не жаль?

— Нет, — ответил он ровным голосом, не поворачивая головы, — и опережая твой вопрос, окружающую среду тоже. Ты выйдешь отсюда — и пойдешь на работу.