Двери в полночь

И вот они как раз знают только, что есть в городе высшая сила, которая может надавать им по их магическим задницам по самое не могу. Знаешь, зарвавшийся вампир, упивающийся своей неуязвимостью — это не очень здорово.

Я кивнула, мы шли дальше. В снегу оставались углубления от наших ног, и мне казалось, что мы где-то за полярным кругом: ровная, нетронутая гладь снега и две одинокие цепочки следов...

Я зябко повела плечами.

— Замерзла?

— Ага, — я потерла отмерзающий кончик носа, — вот в такие моменты и жалею, что не вампир.

Дэвид на мгновение остановился, оглядываясь по сторонам.

— По идее, мы должны тут все осмотреть, конечно, — он вдумчиво почесал чисто выбритый подбородок, — но если я тебя заморожу и доведу до простуды, вряд ли Оскар меня по головке погладит.

Я усиленно закивала: тепло снаружи и внутри — это как раз то, что мне сейчас нужно!

— Ладно, — Дэвид махнул рукой, — пошли в бар. Он тут недалеко, у метро, там и отогреешься. И выпить нальют чего угодно.

— Бар?

— Да, для нелюдей.

— Ух ты! Я надеялась, что что-то такое должно быть! — я прибавила шагу. — А как он называется?

— Ты знаешь, довольно странно. Ну то есть как минимум нелогично. Но когда бар назывался понятно и логично, а?

— Ну так?..

— «Всевидящее око».

Снег начал падать крупными хлопьями. Дэвид шагал вперед, я, чуть отстав, семенила следом.

— Дэвид, а что такое Расплава?

— Знаешь что-нибудь про золото лепреконов?

— Ну, — я вспомнила что-то про радуги, но быстро отмела этот вариант, — кажется, оно не совсем настоящее?

— А точнее, совсем не настоящее.

— Но я же не человек.

— Да, но и не лепрекон же? Ну-ка, покажи уши! — Девид шутя поймал меня и убрал волосы в сторону. — Нет, не дури. Ты — животное.

— Ну ладно, пусть животное, — не унималась я, — но все равно же не человек.

— Ты все равно СМЕРТНА, понимаешь? А они — фактически нет. Они существа магические. А не жертвы мутации. Поняла?

Я задумалась.

— А вампиры?

— Вирус.

— Я знаю, но они же бессмертны. Яды не берут, все такое.

— А интересная мысль, — Дэвид даже приостановился глядя куда-то поверх моей головы, — надо бы у Госпожи выпросить чарку, да и поднести Виктору!

Мы вместе хохотнули.

— А за что вы его не любите? — осмелилась я.