Vалентин наносит ответный удар

Поставил чай, открыл холодильник, пытаясь решить, чем из этого можно накормить гостей так, чтобы не получить потом от мамы, дамы о чём-то шепталась в коридоре, потом вошли с такими лицами, как будто знают секрет, который всяким тупым студентам знать не полагается. И тут дверь открылась ключом и вошла мама. Я улыбнулся как дебил:

— О, привет!

— Здравствуй...те, — кивнула мама, осматривая шипящий чайник, Дашу, мокрую Мармошу в полотенце, и наконец меня. Я улыбнулся ещё шире:

— Чай будешь?

— Да, — кивнула мама, сняла куртку, прошла к столу и с ожиданием посмотрела на Мармошу.

— Я енот.

Мама посмотрела на Дашу и ласково спросила:

— А ты белочка, да?

— Нет, — смущённо качнула головой Даша, кивнула в мою сторону: — Я его учитель английского.

— М, — многозначительно протянула мама, смеривая взглядом с ног до головы сначала меня, потом Дашу: — И как у него... с языком?

Даша покраснела как школьница, Мармоша захихикала, я подошёл, положил ладони на плечи Даше и маме:

— Нормально у меня всё с языком.

Даша посмотрела на меня, с трудом подняла глаза на маму, протянула руку и сказала:

— Даша.

Мама пожала её руку и заявила:

— Мама.

Даша покраснела ещё сильнее. В дверь позвонили, мама пошла открывать.

Вошла тётя Оля с огромным ведром попкорна, улыбнулась всем:

— Ого, сколько вас! А я попкорн принесла, будем кино смотреть.

— Да тут кино уже полным ходом, — вздохнула мама, жестом приглашая тётю за стол и уходя переодеваться.

Тётя Оля пролезла под столом и забралась с ногами на диванчик, уселась по-турецки между Дашей и Мармошей, поставила на колени ведро попкорна, посмотрела на часы, кивнула сама себе. Высоко подбросила попкорнину, поймала ртом и довольно захрустела, жестом предложила ведро Мармоше, но Мармоша смотрела на неё, а не на попкорн:

— Ты уже знаешь, да?

— А то, — улыбнулась тётя Оля, загадочно поиграла бровями и предложила попкорна Даше, Даша взяла и посмотрела на меня, я нихрена не понял.

Мармоша подавилась попкорном и закашлялась, её стали бить по спине, я пошёл открывать.

За дверью стоял Тесла.

Натуральный, как с картинки, с проборчиком, с грустным и наивным взглядом гения.

Я молча закрыл дверь и пошёл в кухню. Остановился напротив Мармоши, навис над столом и обличающе ткнул в неё пальцем:

— Ты!

— Я енотик, — напомнила Мармоша.