Сны голубого цвета

Зеленые глаза сияли, похлеще украшений. Она стояла будто в полуметре от меня, и казалось, что в любой момент может дотянуться и ухватить. Но выражение её лица было настолько добродушным и располагающим, что ощущение опасности вскоре растворилось без следа.

Какие – то время я смотрела на неё, а она неотрывно на меня. Никаких больше бумажек и книг. Просто я попыталась вывести её на чистую воду, ибо она не сильно – то и шевелилась. Видимо, переживала, что я проснусь от её отличительных движений, как это было в первый раз.

Я сделала первый шаг, показав на неё пальцем. Она повторила, но долю секунды проиграла мне. Если на этом акцентироваться, всё становится заметным. Затем я показала на себя. Она тоже. Так… я решила исполнить что – нибудь сложнее и показала ей два средних пальца с оттопыренными большими, как это принято у парней из фильмов про афроамериканцев.

И тут она прокололась, замешкавшись с жестами. А я рассмеялась беззвучно. Она тоже, но теперь по – своему.

Помахала ей рукой.

Мысленно надвинув на себя платье, что дал поносить на званном ужине эльф, я тоже исполнила приседание. Она вернулась к зеркалу и прислонила руку к нему. Я отшатнулась, но выдохнула с облегчением, ибо девушка натолкнулась на невидимое препятствие, словно дотронулась до стекла.

Недолго думая, она провела пальцем по невидимому стеклу, вырисовывая… сердечко?!

Я чуть во сне слюной не поперхнулась.

– Прям любишь? – Спросила я с иронией и поняла, что голос звучит лишь в моём сознании, как пустой шёпот.

Но она услышала его! Ибо тут же кивнула! Активно заработали её губы, но я не слышала ничего. Вскоре она поняла и перестала говорить, надув щёки. Кажется, ей лет восемнадцать от силы, а я – то думала, что по ту сторону взрослая женщина.

Девушка явно была расстроена, что не слышу её. Но недолго. Она отступила и сделала приглашающий жест. Позади неё и вокруг, будто дымкой наплывало голубое марево, закрывая собой обстановку, в которой была незнакомка.

Не чувствуя ровным счётом никаких опасений, я шагнула через зеркало.

Голубая вспышка тут же накрыла всё видимое пространство, растворяя и её образ, будто в ядерном взрыве. А затем всё сменилось чернотой и ощущениями пробуждения.