Ведьма: Рожденная заново (книга 1)

— Ты жалок, — сказала Ева, забирая у него из рук перо, как доказательство, — тебе есть, куда пойти?

Мужчина болезненно прокашлялся.

— Да, есть. Вот адрес, куда тебе нужно приехать и передать ответ хозяина. Но поторопись, я не смогу долго их удерживать.

По дороге назад девушка крутила в руках тяжелое массивное перо. Медлить нельзя, Каин должен узнать о том, что произошло в усадьбе. Набрав его номер, она судорожно сжимала обтянутый кожей руль машины.

— Ева? — послышался голос Вуда, — что такое?

— Каин, у меня очень важные новости.

Он немного помолчал.

— Хорошо, жду тебя в пентхаусе

Поднимаясь в одну из квартир Каина Вуда, девушка размышляла о том, что сказал волхв. Кого он удерживает? Почему у них мало времени? Квартира Вуда располагалась на последнем этаже. Там было, как всегда, темно. Каин впустил Еву, предлагая присесть. Но на это не было времени. Из душа раздавался шум воды. Значит, он не один.

— В чем дело Ева? — спросил мужчина, — на тебе лица нет. Редко можно увидеть тебя такой взволнованной.

Девушка рассказала ему обо всем: что узнала накануне и что произошло этой ночью. Затем протянула руку и положила перо на стеклянный кофейный столик. Вода перестала шуметь и Маша, обернутая в синее полотенце, выпорхнула из душа. Девушка удивленно уставилась на Каина и Еву.

— А она что тут забыла? Это же наша ночь, Каин — сказала она и смерила ночную гостью презрительным взглядом.

Ева фыркнула. Она не любила эту девицу за всепоглощающее высокомерие.

— Собирай вещи и езжай домой, — сказал изгнанник грубо, — я вызову такси.

— Но Каин! — она, словно кошка, стала ластиться к мужчине, но он никак не отреагировал.

Вуд поднялся на второй этаж, взял ее платье, затем туфли, сумочку и швырнул в Машу.

— У тебя десять минут, пока не приехала машина.

Девушка со слезами на глазах поковыляла в одну из спален. Оттуда послышался плач. Каин проигнорировал это и пригласил Еву на балкон.

— То есть все это время в рядах Совета была крыса? — спросил он, не скрывая улыбки.

Ева согласно кивнула.

— Ох уж эти правильные, добрые волхвы, несущие в мир идеи пропавшего пантеона. Ратибор обрадуется, узнав о том, что его главная шавка предала всех ради лучшей жизни.