Куда приводят коты

Ты, кстати, как себя чувствуешь, парень?

– Лучше всех! – отозвался черный кот с рыжими пятнами.

Он, похоже, только сейчас осознал, что цел и невредим, вертится туда-сюда, разглядывая со счастливой мордой новенький зад.

– Все верно, – согласилась Карри. Но затем продолжила: – Вот только этот поток энергии вылетел не из статуи Сехмет. А из тебя, Риф.

– Как?!

Я уставился на Карри.

Та лишь, приподняв уголочек губ, пожала плечами.

Уши мои вновь прислушались к шепоту зевак:

– Целитель…

– Он целитель!

– Как наша Сехмет!

– Я слышал, он стиратель…

– Да ладно!

– Целитель и стиратель в одном флаконе!

– Надо же…

К счастью, я был в центре внимания недолго.

Пока принимал от спасенного кота череду благодарностей, мы разговорились, а соглядатаи начали разбредаться по своим кошачьим делам. Кто-то просто исчез в перемире. Кстати, моток сосисок, что мы бросили где-то тут, тоже исчез. Как поведала Карри, именно он превратился в энергию, которая затем прошла сквозь меня, став исцеляющей, после чего и вытащила кота с того света.

Зовут его Факел. Сказал, что попал под колеса электромобиля на заднем дворе какого-то ресторана.

– Двигатели у них бесшумные, среагировал поздно, – признался кот.

А еще спустя время мы повстречали на пирамиде крылатого сфинкса, которому Сехмет спасла его мужское имущество, и знакомую девушку в очках и с рюкзаком.

– Книжка! – воскликнул я.

– Привет, Риф! Привет, Карри!

Девушки обменялись поцелуями в щечку. Моей макушке достался почесунчик.

– Ты преобразился, – оценила Книжка каменную шкуру.

– А как ты меня узнала? – спросил я.

– Ну, а кто еще любит сидеть на руках у нашей рыжей легенды.

Мы трое рассмеялись.

Недалеко от нас расхаживает сфинкс, на боках улеглись кожаные крылья, по плитам скользят их кончики, между ними извивается змейка хвоста. За сфинксом семенит, как на привязи, полосатый котенок.

– Стефан сказал, – говорит Книжка, – что эта мелкая была с тобой, Риф.

Как я понял, Стефан – это имя крылатого сфинкса.

– Да, вытащил из колодца…

Девушка в очках засмеялась.

– Я назвала ее Кристи, а Стефан зовет Липучкой.

Мы с Карри подхватили ее веселье. Спрашивать, почему Липучка, не пришлось, и так видно. Маленькая кошечка ходит за сфинксом, как утенок за уткой. Стефан иногда замирает, оборачивает взгляд, и Кристи, она же Липучка, замирает тоже, смотрит, хлопая глазками с недоумением, мол, что я делаю не так… Затем сфинкс возобновляет шествие, и котенок тут же, как верный паж, трогается следом.