Старшая школа Йокай 2

— Есть такая штука, — я вполголоса говорил по-японски. — Я извиняюсь за выражение, но оно зовется жалмауыз кемпир. Это старуха, которая маячит где-нибудь в лесу подальше от человеческих жилищ и ничем особенным визуально не смущает. Занимается тем, что увлекает молодых наивных девушек в свой домишко, а дальше по несколько раз в день заставляет похищенную искать насекомых в своей голове. В это время тихо и незаметно сосет у девушки кровь из колена. Через несколько дней девушка остается без большого количества крови и падает.

— Очень увлекательно, — Уэно продолжала чесать колтуны. — А это какая земля вообще?

— Это почти Казахстан, — пояснил я.

— Отлично. Костя, будь добр, уведи ребят хотя бы метров на двадцать от нас.

Остаток картины мы наблюдали издалека. Уэно прикрыла глаза, а потом из кармана достала крохотное зеркальце и продемонстрировала старухе. Та, вскочив с лавки и схватив клюку, пыталась огреть кицунэ по хребту. Лисица, громко смеясь, увернулась, кинула расческу на землю и бросилась к нам.

— А вот теперь бежим, — она схватила нас с Томоко за руки и рванула по дорожке. Недзуми поспевал без труда. Выкрикивая иноземные проклятья, жалмауыз кемпир какое-то время следовала за нами, а потом отстала.

— Всё, больше не будет чем зря заниматься, — выдохнула Уэно. — Нами уж точно не заинтересуется.

— Я стесняюсь спросить, что это было? — раздался голос Томоко.

— Да проще не придумаешь. Я когда поняла, что меня какая-то штука грызет за колено, сопоставила Костин рассказ и то, что чувствую.

— Мда, — Кавагути хихикал. — Меня знаешь что больше всего раздражает? Когда создание настолько тупенькое, что свято уверено: уж оно-то знает всё и всех на свете и никогда не ошибется.

— Костя, — Уэно отдышалась, — а какой там дальше монстр по плану?

Я задумался.

Впереди плескалась какая-то большая вода.

— Первое препятствие — слово, второе — слабенький демон. Дальше или какая-то тупая физическая сила, или расплодившиеся мифологические монстры, или что-то знаковое. Анализу оно не поддается.

За поворотом лес заканчивался, и впереди простирался огромный луг, поросший клевером. То тут, то там паслись небольшие лошадки.