Щуки в море

Шпиль с четырьмя огромными самоцветами, тяжёлые двери, над ними – надпись на языке, остававшемся столь же непонятным, и чуть выше – застывший сине-голубой витраж. Надпись, однако, не переливалась радужным мерцанием – ну да, пришли-то на этот раз не все будущие Стихиали, а одна только Земля!

— Лера, а что за язык? Я сначала думала – тарлаонский, — Даша показала на надпись.

— Никто не знает, — ответила Леренна. — Этот храм стоял здесь, похоже, задолго до того, как мы появились на Тарлаоне. Ты же знаешь – люди пришли сюда из какого-то другого мира, и было это тысячу с небольшим лет назад.

— А может быть, это и не Тарлаон вообще?

— Нет, точно Тарлаон – я бывала здесь ещё ученицей, а ученицы не странствуют по мирам. Ну что, попробуешь войти?

— Жена, именем Дарья, приглашается войти, — неожиданно прозвучал голос храма.

— Вредный, однако! — прошептала Леренна. — Почему-то не «сестра», а «жена».

— Отвечаю! — голос сочился понимающей иронией.

— Угу, — смутилась Даша. — Я как-то чувствовала, что регалий сейчас не надо, — она действительно не надела ничего, кроме вчерашнего кремового платья. Цепочка с камнем феи Земли и обручальное кольцо – не в счёт, это всегда при ней.

— Не надо, — подтвердил голос. — Входи!

«Встать нужно напротив своей стихии, я чувствую», — поняла юная фея, подняв глаза на витраж с деревом.

— Сестрёнка, — теперь в голосе чувствовалась неподдельная заботливость, — расскажи всё! Мне открыты твои мысли и твоя память, но не твоя воля. Проговори всё сама – какого совета ты хочешь?

— Мой отец убил первую любовь моего мужа, — решительно выдохнула Даша. — Я хочу вернуть её! Я должна!..

— И ты можешь! — голос храма, казалось, незримо кивнул. — Но Ольга не возникнет сразу той самой девушкой – она проживёт своё детство заново.

— Да я понимаю, — вздохнула фея. — А она хоть вырастет в ту Олю?

— Она будет не «той», а «тем», и это главное! Тем, кем могла бы стать та девушка.

— Я верну её! — Даша гордо выпрямилась.

— Ты готова пожертвовать не только даром Лесной Сестры, но и всей своей жизнью? Ведь дети – не твоё, и ты прекрасно это понимаешь.

— Да!

— Что ж… Сними цепочку и кольцо и положи между камней на постаменте.