Щуки в море

О высшем образовании не думали даже, тем более что девяностые годы – какой тут институт, поближе к земле надо, она прокормит! Я, правда, врачом стать думала, но химия не давалась, даже в аттестате тройка. На фельдшера вот выучилась, Белка техникум окончила, двадцать лет нам, первая большая любовь… И вдруг приходит ко мне Белка – тихо-тихо, ночью в окно постучала. ВИЧ, говорит, нашли у неё! — Ната уже не могла сдерживаться и некрасиво расплакалась. — Да, можно в принципе жить – правда, осторожно и без… ну ты понимаешь.

Только «медсвекровь» эта, которая анализ брала, всем «по секрету» раззвонила, с-сука селюковская!

— Наталь!.. — ахнула Кристина, совершенно не ожидавшая от Лесной Сестры настолько грубых выражений.

— Ну извини. Кумушка, — подруга через силу улыбнулась. — Главное, сами же и заразили! Белка, в отличие от меня, вообще ещё девственницей была, ну и не ширялась, конечно. В общем, она сама-то ещё не знает, а от неё уже все шарахаются! И не покупают ничего, понятное дело.

Она тогда на рынке стояла, другой работы не было, — пояснила Ната. — Даже побили один раз, гады! Прикасаться, видите ли, боятся, а бить не боятся! Вот с тех пор и не люблю я этот «простой народ» – слишком легко он в травлю сваливается, слаб на страх. А «кумушек» вообще… — она сжала кулаки.

— Юля, ты рассказывала, тоже с «кумушками» воевала? — Кристина, пытаясь немного вытащить Лесную Сестру из омута чёрной памяти, вспомнила «саранскую резню бензопилой» трёхлетней давности.

— Я подробностей не знаю, у Алины спроси, если только она об этом говорить захочет, — Ната вновь отпила из бокала и продолжила вспоминать. — Ну и предлагаю, значит, Белке – давай в Орёл рванём или даже в Москву, в селе нам точно житья не дадут. А она так смотрит скорбно: «Стрелка, да мне всё равно не жить! Семьи не будет, детей не будет, ото всех скрываться надо, да и больна неизлечимо… Нет, раз не судьба мне быть женщиной и жить, то стану воином и умру!» Вычислила, сказала, ещё и ту «сестричку», что её заразила, – да это на самом деле нетрудно было сообразить.

Через неделю гранату достала у «чёрных копателей», у нас же бои были в войну, а потом подловила момент, когда в сестринской только эти две остались, – и встречайте Лазаря Паперника[13]!

— А ты-то где была? — ошеломлённая Кристина даже не могла предположить, что фея, радости у которой всегда с запасом хватало на них двоих, тоже прошла в своей жизни через большую трагедию.