Алексей Кожемяко и Полоцкий вирус

За обсуждением стратегии подростки не заметили, как пролетело время. Школьники пили шипучие напитки и заедали стресс пирожными, которые, по приказу Черных, привез Остап.

Было уже десять вечера, когда, сначала, с вопросом «Не собираетесь ли вы, молодой человек, домой?», позвонили Волкову, а через три минуты – Кожемяко. Родители всегда предсказуемы.

Парни вместе вышли из гостей. Их сопровождал Константин Борисович. Судя по погрустневшему лицу Смотрителя, ему не хотелось покидать Марию Викторовну, все-таки он ее спас.

Кожемяко сразу зашел домой, а Волков с банкиром спустились к выходу из подъезда.

Не успел Леша переступить порог, как на гаджете мамы раздался звонок. Вера Павловна взяла свой телефон и просияла. Звонил Платон Нектарьевич Кожемяко – отец писателя. Он целую неделю провел в командировке и спешил с радостным известием, что работу удалось завершить раньше срока и он, прямо сейчас, направляется на железнодорожный вокзал, чтобы уехать домой.

В другое время писатель бы прыгал от счастья, но этот день вымотал его. Алексей чувствовал себя настолько повзрослевшим, что скакать и улюлюкать ему казалось совсем неудобно.

– Ты не рад? – удивилась Вера Павловна. – Что-то случилось?

– Все в порядке. – заверил Леша. – Все нормально.

– Это из-за новой девочки ты такой смурной? – подметила мать.

Парень поежился: ничего от родителей не скроешь!

– Да при чем тут Аня? – проворчал Кожемяко.

– Можешь не говорить. – улыбнулась мать. – И я не стану тебе досаждать тем, что таких знакомств может быть еще тьма. В таких делах слушают сердце, а не окружающих. Но научиться скрывать эмоции, все-таки, стоит. Пригодится в жизни.

Лешка фыркнул и вдруг поймал себя на том, что ведет себя, как Саламандра младшая. Он как будто ей уже подражал. И это писателю совсем не понравилось:

– Прости, мам.

Вера Павловна потрепала сына по загривку:

– Пошли спать. Утро вечера мудренее.

Теперь же, проснувшись посередине ночи, крутя в руках смартфон, писатель жалел, что вел себя с матерью грубо. Ведь если бы монстру повезло, то остался бы от Кожемяко только хладный труп.

А еще Лешка осознал, что мамы, обычно, подмечают главное. Саламандра оказалась очень даже причем. Плохо, что их связывает с Волковым прошлое.