Алексей Кожемяко и Полоцкий вирус

Хорошо же, когда кто-то что-то тебе в уши напел, ты стенографистом поработал и денежку за это огреб. Но ты же, Леший, нормальный парень, да? К тебе ведь музы по ночам не прилетают?

– Наверное. – вздохнул Кожемяко.

Сергей отошел в сторону, оказался вне поля зрения писателя и развел руками, мол, ты, Анька, – вообще! Соображаешь, что творишь? Меньше чувак знает, дольше проживет!

Девочка нахмурилась.

Лешка повернулся и застал друга в нелепой позе. Но Волков не растерялся, замахал руками, точно мельница:

– Кыш, проклятый комар! Полноги оттяпал, живоглот!

Никаких комаров, ясное дело, на острове не было.

Но Аня засмеялась: звонко и так заразительно, что Лешка улыбнулся.

– И, чтоб ты знала, – продолжил Сергей – здесь еще неделю назад шумели великие битвы, и земля буквально орошена священной кровью самого Штубенхокера.

– Штурмбан... кого? – изумилась Саламандра.

– Это у Толика фамилия такая. – сказал Лешка.

Волков огляделся, заприметил струганную, но сломанную палку, повисшую на ветвях почти у самого обрыва, где ролевые бои никогда не проходили, потому что можно легко было свалиться в реку, и торжественно заявил:

– Надо же, а вон и сломанный Дюрендаль валяется. Никто не подобрал.

Аня закатила глаза, всем своим видом показывая, как она высоко ценит «сокровища» настоящих мальчишек.

– А я Штебне сто раз говорил: «Как ты лодку назовешь, так ты в ней и поплывешь», но он же уперся. – возмутился Кожемяко, – Роланд хренов. Вот в первом же бою свою игрушку и сломал, да потом на нас и обижался. А еще наш Толик Дюрендаль свой не об камень разбил, как в песне, а об мою, между прочим, многострадальную спину.

– Да ладно тебе, Леший, не вой, не сокрушайся! – хмыкнул Сергей, направляясь к обрыву.

– Волков! Дурака не валяй! – озабоченно прикрикнула девчонка. – Ты зачем туда полез? Что я, палок не видела?

– Это – меч! – возмутился Серый. – Легендарный клинок. Ты что: совсем не догоняешь?

– Ну, хоть ты ему скажи, Лешка! – упорствовала девчонка.

– Он свой собственный мальчик. – проворчал писатель. – Ну, сломает себе шею – так это его выбор.

– Вот вы все, мальчишки такие! – топнула ноной Аня. – Безответственные!

– А мне именно это в нас и нравится.