Страж: За родню порвать всех в клочья

-- Где ты нашёл Лизу? Где она работала? У Власенкова-старшего, так ведь? Почему она так выглядит?

-- А ты не видела, что с ней происходит?

-- Видела. Власенков сказал, что вахтами будет возить её на работу. Её не было дома неделями, но деньги она привозила неплохие. Нам хватало на покрытие долгов. Иногда даже пироги позволяли себе на дом заказывать.

-- Я нашёл её в наркотической лаборатории. – Соврал я. – Их там обкалывали, чтобы они могли работать дольше.

Мама охнула, и на её глаза навернулись слёзы.

-- Ты не бойся. – Успокоил я её. – Она больше никуда не уедет. И Лэйла быстро поставит её на ноги. Ещё, тебе больше не придётся выплачивать ипотеку.

Я достал из кармана золотую заколку и две пачки денег, положил на стол.

-- Откуда это у тебя? – Мама расширила глаза от удивления. – И кто такая Лэйла?

-- Лебединец простил тебе долги и переписал их на себя. – Снова пришлось соврать. – Ходить в банк и делать взносы больше не нужно. В ближайшее время поместье снова станет нашим.

-- Нашим? – Удивлённо вздохнула мама.

– Когда?

-- Сегодня утром. Я поговорю с Женей, и мы переедем.

А позже было нельзя. Времени, пока поп очухается и доложит обо всём Лебединцу, оставалось примерно до утра. Потом стоило ждать ответочки, и в этот момент надо быть рядом с семьей. Вряд ли удастся уладить вопрос с Власенковыми миром. Да и Лебединцы теперь определённо заточат на меня зуб.

Пришлось бегло рассказать маме о том, где я был. Рассказать о Сойке, которую представил фронтовым товарищем и возлюбленной.

В принципе, врать почти не пришлось. Разве что тварей Бездонья я заменил радикально настроенными исламистами, а Бездонье заменил враждебными государствами постсоветского пространства, которые были отделены от страны, и в праве стать частью Империи им отказали.

Особенно яро на территорию РИ рвались жители Северного Кавказа, и как раз с ними, по легенде, я и воевал.

-- Да ты что? – Искренне изумлялась мама. – Я и не знала, что на границах такое творится. А с другой стороны и правильно.

Представляешь, как бы Кавказцы себя вели здесь, если бы мы их впустили? У них ведь там всё очень строго, и от этой строгости хочется сбежать туда, где им ничего не будет за их проступки.

-- Верно говоришь. – Кивнул я. – Да только не все они плохие. Раз на раз не приходится.

-- Ой, вода закипела! – Встрепенулась мама, и вернулась к плитке.

-- Я закончила. С Лизой всё в норме. Она мало что помнит, и ей нужен отдых. Не беспокойте её.