Недосвет

Креслав не выдержал:

- А что это за барак был? Особенный какой-то?

- Особенный, - ответил ему молодой, - он только для продажных шкур, которые на должностях работают.

- На должностях?

- Да. Повара, бригадиры, портовые работники, личная прислуга охранников. Некоторых даже за ворота без охраны выпускают. Представляешь, какие шкуры, ни разу сбежать ни один не пытался! Меня бы только выпустили, я бы…Эх, гуляй охотничья душа!

Молодой подошёл к забору, отделяющему двор этого барака от двора следующего, отодвинул одну из досок, приглашающе махнул Креславу рукой:

- Добро пожаловать домой.

- Мой дом не здесь, - тихо сказал Креслав, пролезая сквозь проём. Скорее сам себе сказал, нежели возразил молодому, но тот услышал и счёл необходимым ответить:

- Все так говорят. Лучше привыкая быстрее, да переставай думать о воле. Самому же легче будет.

Они пересекли неширокий двор и вошли в барак. Ещё несколько минут назад Креслав думал, что самыми многолюдными местами, которые он видел в жизни, были речная пристань в его родном городке в начале сезона и двор барака, в котором он только что был.

Но сейчас он увидел нечно, превосходящее всё, что он видел до этого. Внутри барак представлял из себя огромный длинный зал, заставленный трёхэтажными нарами в четыре ряда, между которыми оставалось два прохода настолько узких, что в них с трудом могли бы разминуться два человека или тролля, но не разошлись бы орк с гномом. Народу здесь было настолько много, что Креславу было решительно непонятно, как барак не лопается, когда в него заходят все, кто сейчас во дворе. Жизнь внутри кипела.

- Давай за мной, - бросил ему через плечо молодой, и они погрузились в это кипящее море человеческих, орочьих, тролльих и прочих тел.

Молодой шел медленно, размеренно шагая вперёд и не пытаясь уклониться от идущих навстречу, выскакивающих из проходов меду стоящими попарно нарами и просто возникающих словно из ниоткуда арестантов. И самым удивительном для Креслава в происходящем было то, что никто, решительно никто в этой толчее не касался друг друга.

Они прошли через весь барак и добрались до противоположного от входа конца. Здесь народу было значительно меньше, эдакая тихая заводь в кипящем арестантском море. Расстояние между нарами было побольше, а верхние ярусы необитаемы, их использовали как склады.

- Дальше я не пойду, да и ты один раз зайдёшь, и больше никогда сюда не попадёшь. Вот туда тебе. Выход сам найдёшь.

С этими словами молодой развернулся и ушёл.