Хранитель Рода Государева 6

Специально для этого она и позвала с собой ещё и дядю Бурана с его друзьями.

И действительно, после ухода Шмейхельмана в комнату зашёл Буран. Получив от Маши приказ не пускать никого, кроме Якова Моисеевича, он вышел.

— Сразу после коронации я сделаю предложение Елизовете Багратион. — произнёс Алексей, когда за Бураном закрылась дверь.

Сказать, что я охренел, это ничего не сказать. Я уставился на будущего императора, словно он только что сообщил мне, что мы родные братья. Хотя даже услышав это, моя реакция была бы менее бурной.

Ни хрена у них тут какие дела творятся и это всего за день. Как им удалось подобное состряпать? Да одно обсуждение этого вопроса с отцом Лизы должно было занять чёрт знает сколько времени. А тут вон всё как быстро.

— Мне необходим наследник. И наследник от очень сильного рода. Кандидатуру Лизы предложила ведунья и других кандидатов на роль моей жены не было. Это решение поддержали абсолютно все сильнейшие рода, что сейчас находятся на нашей стороне. Александр Владимирович Багратион должен будет подоспеть, как раз к окончанию церемонии коронации.

Всё уже обговорено.

— Папа, это союз сейчас просто необходим империи. — произнесла Маша и мы оба тут же повернулись в её сторону.

На лице Алексея отразилась боль, когда Маша положила свою руку на мою, давая понять, кого она назвала папой.

— Будь немного более снисходительной к цесаревичу. — попросил я малышку.

Я даже представить не могу, как ему сейчас тяжело. Это раньше он ничего не знал о её существовании, считая, что она его племянница.

А теперь живёт с осознанием того, что ничего не может сделать. Да и никто в этой ситуации не был в состоянии повлиять на Машу.

— Мой папа — это ты. И точка. — отрезала девочка.

От её слов Алексей дёрнулся словно от сильного удара. Но смог справиться со своими эмоциями.

— Прости меня. Я не знал. Даже не догадывался. — тихо произнёс цесаревич, но Маша даже не повернулась в его сторону.

Она залезла ко мне на колени и обняв, прижалась к груди, начав играться с моим рукавом, что-то напевая себе под нос.

Я чувствовал, как сильно колотится её сердечко и как она слегка подрагивает. А значит, что все её безразличие напускное. На самом деле она переживает по этому поводу, просто уже привыкла показывать всем и себе в первую очередь, какая она сильная.

Я посмотрел на Алексея и подмигнул ему. Давая понять, что ещё не всё потеряно. Главное — сейчас не давить на Машу, дать ей время. Время, чтобы разобраться в самой себе.