Мускан. От счастья не бегут, счастье догоняют. История Кинии - 2

Я не стала тратить время на свою дежурную робость и прошла следом за начальником.

— Это Мира Васу, — Боман-джи махнул в мою сторону рукой. — А это Варун Мукхерджи, секретарь...

— Я не секретарь, а помощник редактора, — насупился парень. — У меня уже даже одна статья вышла.

Он расправил плечи, чтобы казаться важнее и старше, но попытка не удалась: зацепил связку ключей, висящую на крючке у входа. Она упала на кафельный пол с неприятным металлическом звуком, который разнёсся по всей миниредакции.

Варун испуганно подскочил и быстро поднял ключи, но не сразу смог повесить их обратно на крючок, постоянно промахиваясь дрожащей рукой.

Боман-джи смотрел на него со смесью жалости и раздражения.

— Она у себя? — директор газеты убрал телефон в карман пиджака.

— Да. Она вас ждёт.

Мужчина кивнул и стал подниматься по ступенькам, покрытым белым, с чёрными прожилками кафелем. Я последовала за ним, завершал процессию Варун.

Филиал редакции газеты занимал два этажа, но места здесь всё равно было мало. Пространство казалось тесным, неуютным.

Вход располагался между этажами, а лестница из прихожей вела вниз и вверх. Что было на первом этаже, я пока не знала, а на втором оказалось две двери из светлого дерева, а в маленьком коридорчике между ними стояло два стула и небольшой квадратный стол.

На двери с номером 1 висела простенькая табличка:

"Хема Мальхотра, редактор"

А на той, что с номером 2, было сухо указано:

"Служебное помещение. Посторонним вход запрещён".

Рядом кто-то приклеил скотчем надпись, сделанную тёмно-синим фломастером на обрывке тетрадного листка в клеточку:

Это не туалет!!! За порчу или взлом двери Вы несёте административную и материальную ответственность!

Боман-джи три раза стукнул по двери с номером один и, тут же её открыв, уверенным шагом направился в кабинет.

Здесь оказалось просторней, чем я думала. Я ожидала увидеть тесное, возможно плохо освещённое пространство, но кабинет оказался большим и светлым.

Вся мебель была из светлого дерева. У стен стояли шкафы, наполненные многочисленными толстыми папками.

За столом у компьютера, немного сгорбившись, сидела женщина, которая могла бы быть моей бабушкой. Хотя её возраст был заметен сразу из-за глубоких морщин, глаза моей начальницы были молодыми, ярко-голубыми, что казалось необычным для смуглолицей женщины. Чёрные, густые волосы с серебристыми прядями были собраны заколкой-крабом на затылке, так же, как и у меня.