Перевёртыши. Часть 3

Рас накинул его на спину, закутав грудь и ноги оставшимися широкими краями. Тепло и удобно. Когда все наконец-то расселись и получили по чаше горячего чая, Рас вспомнил об обещанном ему равенстве и слегка растерялся: кто на самом деле этаПуговица?

Именно для неё Кан просил охрану, и признал, что очень дорожит ею. Если Наследница знает о второй жизни Кана, то почему спрашивала об охране меня, а не узнала обо всём от брата? Во время раутов Кан и Айю общались между собой довольно дружески. Тогда почему её так расстроил мой ответ? Что за отношения между ними на самом деле? А если Айю это не она, а вторая?

…Тогда понятно, почему Кан держит свои отношения с горничной в секрете… Но можно ли доверять девушке, которая, находясь так близко к Наследнице, затеяла шашни с будущим Хранителем? Разве это не предательство? … Или не крутит?

Кан, в отличие от меня, лучше владеет собой и не стал бы обнадеживать девушку, не имея готового решения проблемы.

— И кто же из вас Айю?

Девушки лукаво переглянулись: — А ты как думаешь?

Рас попробовал проанализировать увиденное — кто как укутывался, кто первый получил чай, и огляделся по сторонам.

— Думаю, что ты, — он обратился к девушке, что сидела к нему ближе. Та искренне удивилась: — Я? Почему я?

— Кот.

— Что?

— Кот явно чувствует себя здесь хозяином. Он спокойно прошёл мимо телохранителя, снисходительно принял её поглаживание, — Рас кивнул на вторую девушку, — предупреждающе фыркнул на меня и свернулся клубком на твоих коленях.

— Надо же! — девушка ласково погладила заурчавшего рыжего предателя.

— Я прав?

— Да.

— Тогда ещё вопрос. Просто, чтобы разъяснить кое-что для себя. Какую беседку обычно выбирает Кан?

Девушка продолжила гладить кота и ответила не поднимая головы.

— Кан не знает ничего об этой беседке. Он слишком уважает правила и я не рискую предлагать ему такое нарушение Устоев.

— Годится, — пришлось согласиться, хотя теперь вопросов об отношениях брата с сестрой стало ещё больше. — Айю, я пришёл проститься. Завтра мы отправляемся в гавань, оттуда два наших корабля отходят в Зиндарию. Я отправляюсь туда, самое меньшее, на пятьсот дней.

— Уже?

— Так скоро? — похоже, обе девушки огорчились искренне. Это удивительно, но их голоса звучат совсем одинаково.