Пятнадцать рассветов

— Пропала она, — Андрей чуть повысил голос, — кто-то заманил её. И спрятал.

— Вот как? — Владимир Натанович снова сел в кресло. — Кто?

— Не знаю. Не могу понять. Не Влад, точно.

— А Влад у нас кто? — невинно осведомился Арсеньев.

— Бортко Владислав Евгеньевич, — угрюмо отозвался гость, — вместо Марины встал.

— А-а-а, — Арсеньев ехидно улыбнулся, — не поделили с ним что-то да? Он, поди, как привык, тебя под вожжи, а ты в своём репертуаре? Брыкаться надумал?

— Не он это, — упрямо повторил Андрей, — третья сила.

— С чего ты это взял? — Владимир Натанович сложил пальцы домиком перед лицом.

— Знаки видел. Везде по городу. Неумелые, но действенные.

— Может, как прежде, охотники какие?

Андрей потряс головой. Нет.

— Не они.

— Что думаешь? — холёная рука потянулась к сенсорной панели на столе.

— Люди, — хрипло выдал Андрей с надеждой проследив за рукой, — скорее люди. Особенно сейчас.

— Люди, — протянул Арсеньев, — человеки. Испокон веков сила необузданная и хаотично направленная. Прямо как ты, а?

За спиной приоткрылась дверь и обоняние защекотал тончайший шлейф духов.

— Приполз? — небрежно бросила красивая брюнетка в обтягивающем чёрном платье, проходя мимо к столу хозяина.

— Ты звал, dominus (господин)? — спросила она, припадая к протянутой руке.

— Видишь, кого прибило к нашему берегу? — со вздохом Арсеньев кивнул на гостя.

— Во время шторма к берегу прибивает всякий мусор, — невозмутимо заметила красавица.

— Всё не так просто, — Владимир Натанович, не стесняясь, погладил округлые ягодицы женщины.

Тот помедлил с ответом.

— Да, — раздалось хриплое и тихое, словно великая тяга не давала говорить.

— Вот видишь? Надо уважить человечка, — Владимир Натанович коснулся губами руки стоящей рядом красавицы, — а после и он нас порадует. — И снова к гостю, — Да?

— Да, — опять прошуршало по стенам.

— Он думает, что что-то знает, — промурлыкал Арсеньев.

— Что он может знать? — усмехнулась красавица.

— Мне нужно поймать след, — проговорил Андрей внезапно осипшим голосом, — я не могу сейчас.

— Понял, наконец, кто ты? — Рассмеялась женщина, изящно присаживаясь на край стола, — что ты никчёмен.

— Тише, тише, Анжела, милая, — осадил её Арсеньев, — Андрюша станет делить с тобой человеческую суть, будь повежливее со своим донором.

Анжела искривила губы, но промолчала.

— Так, чего ты хочешь? — Арсеньев поднял голову.