Пятнадцать рассветов

— Не смей огрызаться, — холодно осадил столичный гость, — а то мне придётся напомнить тебе, кто ты есть.

— Влад, — Марина несколько раз вздохнула, успокаиваясь, — ты пойми, тут твоё главное богатство — люди...

— Люди? — удивился Владислав.

— Не люди, — поправилась Марина, — они, — и она указала рукой на соседа, — будь гуманнее. Тебе с ними ещё работать.

— У меня работает полукровка в офисе, — кивнул Влад, — я отлично выдрессировал её. Вот для чего они нужны, Рухиэль, исполнять приказы. Они ничего не могут сами.

— Ты не представляешь, как не прав, — возразила Марина.

— Не стану спорить. Твоя мягкотелость стала причиной переназначения. Помни об этом.

— Я знаю это лучше тебя, — отрезала Марина.

— Ну, так я пойду, пожалуй, — Андрей поднялся. Отчего так стучит в ушах?

— Сидеть! — снова громыхнул приказ.

— А ты заставь, — Андрей дерзко улыбнулся в холёное лицо.

— Оставь, пусть идёт, — Марина снова отпила из бокала, — ни к чему ему слушать наши споры.

— Мы поговорим ещё, — пообещал Владислав.

Угу, жду не дождусь. К чёрту иди со своей твердолобой философией.

— Я слышу...

— Да и похер, — Андрей толкнулся в дверь. На этой половине земли делать больше нечего.

Вырвался через застывший воздух на улицу. Как же мутно от этого разговора. Теперь вспомнил, за что их ненавидел. Марина, пожалуй, стала приятным исключением только подтверждающим правило. Просветлённые высшего чина все, как один напитанные гордыней безумцы. Жаль их Отец этого не видит.

— Андрей! — раздалось за спиной.

— Чего тебе?

— Не принимай близко к сердцу.

— Наплевать, — Андрей вздохнул и поднял глаза к небу, — только ты учти, что Сашку я ему не отдам. — и взглянул в растерянное лицо.

— Не начинай, — миниатюрная женщина покачала головой. — Ты опять за своё?

— Я и не останавливался, — захотелось оскалиться, — девчонка ошиблась. За это уже расплатилась. Дальше не его дело.

— Не нарывайся на конфликт.

— Это, как пойдёт...

— Я серьёзно, — Марина поёжилась от вечерней прохлады.

Андрей открыл было рот, чтобы возразить, но передумал.

— Почему ты уезжаешь?

— Это давняя история. Вроде как передислокация, — усмехнулась женщина. — Просто так надо.

— Ясно, — на самом деле ни черта не ясно. Что-то мутное происходит в городе, шипит из-за угла невысказанной тревогой. Знаки эти постоянно появляющиеся на площадке.