Язверь

Словечко новое для Геры, и она наивно решила, что возникло оно в среде столичных «мажоров». Действительно, звучало вполне естественно: «мажор»-«лемург». С определенным налетом маргинальной «совковости».

- Можно еще раз, я не ослышалась? – решила она уточнить.

Он не отреагировал на просьбу, обескуражив встречным вопросом:

- У тебя ведь был контакт с лемургом?

- Понятия не имею! - опешила Гера.

- Ты же с ним целовалась. Поэтому пахнешь так.

- Как это – так?

- Как лемург.

Разговор затягивался. Гера разнервничалась, и ладони, которые отогревались в манжетах колючего свитера, за пару секунд окоченели.

Раньше ей не приходилось сталкиваться с одержимыми. Кто знает, что от него ожидать? И как ей вести себя? Если разговор пойдет в том же ключе, она неправильно отреагирует, и это вызовет у безумного гнев. Нет, все же лучше не лезть на рожон и отмолчаться.

Эх, она отдала бы все деньги, лежащие в кошельке, чтобы исчезнуть отсюда. Но выйти из колеса обозрения на ходу равносильно самоубийству.

- Вы уверены, что я, как и вы, лемург?

- Не сомневаюсь.

Хотя, если будешь меняться, можешь стать скамом – сильной и хитрой особью.

- Насколько сильной и хитрой?

- В экстремальных условиях ты это поймешь.

- Думаете, я буду меняться?

Лемург пожал плечами и равнодушно ответил:

- Возможно. Мы не отслеживаем. У нас тоже бардак, как и везде. Да и времени прошло всего ничего. Года четыре, не больше.

На скулах лемурга заиграли упругие желваки, он сразу как-то изменился в лице. По напряжению, по внезапной его настороженности Гера поняла, что вот-вот случится нечто из ряда вон выходящее.

Кабинка прекратила набирать высоту и на максимальном подъеме на время зависла. Москва распростерлась по обе стороны от колеса впечатляющим панорамным видом. Останкинская телебашня, гостиница «Космос», монумент «Рабочий и колхозница», здания комплекса ВДНХ – все известные с детства «приметы» Москвы просматривались как на ладони.

В другой компании Гера с удовольствием предалась бы разглядыванию, но не сегодня. Тот, кто находился рядом с ней, мог в любой момент преподнести новый сюрприз.

Сейчас главное – быть предельно внимательной.

- Не пересказывай наш разговор никому, – «лемург» смотрел на нее широко распахнутыми глазами ребенка.

- Это так важно?

- Другим ни к чему знать, кто ты на самом деле.

Гера вздохнула:

- Ладно, не проболтаюсь.

Он отвернулся, чтобы перевести взгляд на что-то за пределами кабинки. Она проследила за этим взглядом, но ничего выдающегося не заметила.