Учуруматхан

Пригрозить милицией или, не знаю, прорабом каким-нибудь; потребовать у них ключ от квартиры... хотя, какой там ключ — крючок простой... Но слишком уж у меня внешность... не того... не пугающая. На рабочего я ещё тяну, а вот если права качать — нет, трепета не внушаю. И высокий пацан, похоже, это понял, хоть и не сразу. Продолжи я на него давить, он и сам бы, чего доброго, в милицию пошёл. Мало ли, что там у него в квартире водка и прочее? На меня бы и свалил всё. А тут ещё и моя «амуниция» в пороховской квартире — верёвка, запас еды.

.. нож Октая... Нет, с ментами объясняться в мои планы никак не входило.

Я ещё раз сбегал за рогаликами и минералкой, стараясь особенно не светиться во дворе, быстренько заныкался в «свою» комнату и сидел там как можно тише. Я внимательно прислушивался к каждому звуку, доносившемуся со двора или улицы. И про себя был уверен, что просто дожидаюсь ухода подростков; всего лишь стараюсь вести себя так, чтобы они меня не заметили. Но когда они наконец-то ушли (было уже половина седьмого; я хорошо различил их голоса — высокий что-то рассказывал девчонке, стараясь развеселить её, та отвечала задорным и насмешливым тоном, и все трое звонко смеялись) — когда они ушли, я понял, что продолжаю напряжённо вслушиваться в звуки, которых с каждым часом становится всё меньше.

За окнами стемнело. Я сидел в темноте, комнату озаряли лишь отсветы фар проезжающих машин. А немного позднее и вовсе лишь огонёк моей сигареты. И я несколько раз пытался найти объяснение, почему же я продолжаю сидеть в темноте и тишине.

К чему так напряжённо прислушиваюсь? Чего жду? Но вместо этого мои мысли всё время почему-то возвращались к той троице подростков. А потом я вдруг вспомнил себя в двенадцать лет. И своих друзей, и наш поход в Разинскую пещеру.[1] И какие последствия это имело для меня. Последствия, которые я ощущаю до сих пор, включая сегодняшний день.

[1] Разинская пещера (или Разинская гора) — народное название пещеры в горе Кюхлю в посёлке городского типа им. Бакиханова (ранее — посёлок им.

Разина), расположенном в Сабунчинском районе Баку.

* * *

Это был памятный год — денежная реформа. Самое начало года. Мы ещё с интересом разглядывали новые блестящие монетки, а кто из состоятельных семей, то и новые куцые бумажные рубли, что были едва ли не в треть от прежнего червонца. И удивлялись тому, что и на новенькие «золотые» трёхкопеечники, и на старые потемневшие можно было купить одинаковое количество спичек или папирос.