Ветер

Вместо обычной улыбки на его лице была суровая гримаса, что мне совсем не понравилось.

— Прочел твою последнюю работу, — сказал он. Я затаил дыхание. — Она меня не вдохновила. Слишком много сравнений, мало фактов, много пустой болтовни. Я хотел послать на конкурс твою статью, но… — он пожевал губу. — Ты можешь писать лучше.

Я с досадой вспомнил процессы написания последних статей. Я почти все время работал, а на них тратил минут по двадцать — писал на чистовик и сразу сдавал. Бесспорно, я могу лучше.

— Вы правы, — согласился я.

— Я пошлю на конкурс работу Писаревой, — сообщил Родион Романович.

Писаревой?! Я чуть не задохнулся от возмущения. Да она по сравнению со мной вообще писать не могла! Тихая, малообщительная, имеющая двух-трех подружек, избегающая шумных компаний и вечно что-то строчащая на подоконниках. На первом курсе Ленка Писарева была настолько нелюдима, что ее прозвали Писой (это производное от фамилии, вы не подумайте о моих однокашниках ничего плохого), потому что вместо общения она все время что-то писала.

И эту девчонку выбрали вместо меня?!

— Писаревой?! — невольно воскликнул я.

— Именно, — кивнул Родион Романович. — «Газетчики — это отважные рыцари пера, совершающие ежедневный подвиг ради нескольких строчек в газете», — явно чья-то цитата. — Так вот, Елена готова совершить этот подвиг.

— Я думал, вам нравится мой стиль, — обиделся я.

— Нравился, когда ты по-настоящему работал, а не халтурил.

— Что ж, — беспомощно вздохнул я, — вам виднее.

— Виднее, — ох и не понравился мне его взгляд. Так смотрит на меня бабушка, слащавым голосом спрашивая: «Денечка, ты не занят?» — когда заставляет мыть пол.

И насчет ассоциации я оказался прав.

— А для тебя у меня есть задание, — сообщил Родион Романович.

Я выжидающе уставился на препода.

— Напиши сказку, — выдал он.

— То есть как? — не понял я.

— Сказку. Что, сказок не читал? Я смотрю, красноречие твое осталось, а фантазия где-то запропастилась. Мне нужна сказка. Тема — свободная. Срок — месяц.

— Сказку? — на всякий случай переспросил я, вдруг бы он передумал, но, нет, день как начался, так и продолжался паршиво.

— Сказку, — подтвердил Родион Романович.