Ветер

Вот спрашивала его что-нибудь бабушка, так он отвечал по-человечески и даже с улыбкой, а на меня поглядывал с опаской. Что-то было в его взгляде, хотя он и не смотрел в лицо — то на стол, то поверх головы в потолок, то вовсе за окно.

— Значит, ты работаешь в больнице? — он наконец решился задать вопрос непосредственно мне. — А какая специальность?

— Не нянечка, — уж не знаю, зачем я схамил, но Света меня за это наградила таким взглядом, что я чуть чаем не захлебнулся. — Онколог, — сказал серьезно, когда перестал кашлять.

Он зябко передернул плечами, хотя было не то что не холодно, а даже не прохладно.

«Странный тип…» — высказался за меня ветер, и я даже не стал отчитывать его за то, что он не смолчал, как обещал. Парень действительно был странным.

— Я не учусь, — ответил он. — Работаю. В автомастерской.

— А как же учеба? — ужаснулась бабушка. — А как на это смотрят родители?

Игорь опять искоса глянул в мою сторону, но все же не на меня, и только потом ответил:

— Мой отец погиб.

— Да, — поддержала бабуля, — Владивосток — хороший город. У меня никогда даже не возникало желания куда-либо отсюда переезжать.

И разговор потек по безопасному и легкому пути на тему: «Широка страна моя родная, а место, где я живу, лучше всех».

Я его тоже активно поддерживал, сделай я иначе, Светка меня бы своим взглядом пробуравила, злобина! Я натренировался во вранье за эти пять лет занятий магией, поэтому готов был поклясться, что мои собеседники ничего не заподозрили.

Или у меня паранойя? Нет уж, нечего искать в себе ответы на то, чего там нет. Игореша лицемерил, и очевидно, что Светка и бабушка этого не замечали. Светка уж точно, а ба, возможно, тоже только делала вид.

Я совсем замучился в предположениях. Вон Стас мне с первого мгновения знакомства хамил почем зря, и я не воспринимал его враждебно, наоборот, пытался его понять, найти общий язык, а этот… Нет, Игорь был любезен, но меня что-то подсознательно отталкивало от него.

Я стал копаться в памяти. Такая внезапная ничем не объяснимая антипатия была у меня лишь однажды — когда я встретился с Акварелью. И я ведь не ошибся, она пыталась меня убить.