Ветер

— Газовый баллон, — неловко оправдывался Стас, — несчастный случай…

Идиот он сам несчастный, а случай тут ни при чем. Думал бы хотя бы что врать, ведь легко установить, что в квартире не было газа.

— Денис! — похоже, Стас впервые был по-настоящему рад меня видеть. И, наверное, первый раз назвал меня по имени, а не «мастер-учитель» или еще как-нибудь в этом духе.

— Вы хозяин квартиры? — обратилась ко мне журналистка, и камеру тут же перевели на меня. Ну, Стасик, ты мне за это заплатишь! — Представьтесь, пожалуйста.

— Денис Ветров, — вынужденно назвался я.

Журналистка прищурилась.

— Случайно не тот знаменитый доктор, который отверг приглашение в престижную клинику в Германии ради Владивостока? — с любопытством спросила она

— Он, он, — пробормотала одна из соседок по двору, но я невозмутимо ответил:

— Нет, это мой полный тезка.

Журналистка недоверчиво покачала головой, но приставать не стала.

— Скажите, пожалуйста, — продолжила она свою работу, — а кем вам приходится этот молодой человек?

Меня так и подмывало сказать, что никем, и я впервые его вижу.

— Да какая, собственно, разница? — не придумав ничего правдоподобного, я пошел в наступление. — Лучше скажите, из-за его действий кто-нибудь пострадал?

— Насколько нам известно, нет. Пожарные с честью выполняют свой долг и почти закончили.

Я повернулся к Стасу.

— Где Пурген? — о домовом и холодильном я не волновался — они-то ходы знают.

— Пурген? — заинтересовалась журналистка.

— Мой кот, — пояснил я. — Так где он?

— Не знаю, — Стас только пожал плечами.

Я протянул руку и так «ласково» потянул его за воротник, так, что треснули нитки.

— Если с ним что-то случилось, можешь писать завещание, — предупредил я.

Камеру, наконец-то, направили на огонь, вырывающийся из окна и никак не желающий тухнуть.

Я же незаметно переплел пальцы и прошептал заклинание Усмирения огня. Если бы Стас не ленился, то тоже уже мог бы его знать.

— Три квартиры пострадало, — сказал кто-то рядом со мной.

Я обернулся. Ага, к бабе Клаве вернулось ее знаменитое красноречие, а заодно и ехидство. Однако быстро же мы все забываем.

Я отбил ее наглый самоуверенный взгляд своим.

— Насколько я понял, ваше жилище не пострадало.

Она надула губы, но больше ничего не сказала.

Пожарные закончили. Пресса укатила, и люди стали расходиться. Соседи обещали предоставить счет.