Ветер

— Я, Захар Петрович Титов, принимаю себе в ученики будущего мага Ветра Дениса и обязуюсь научить его всему, что в моих силах.

И он наклонил свою свечу, но боли я почему-то уже не почувствовал.

— Да будет так! — хором произнесли маги и задули свои свечи. В этот момент тьма вокруг меня закружилась. Я почувствовал, как из меня вытягиваются силы, попробовал сделать шаг, но вместо этого рухнул носом в ковер.

«Весело же все начинается»… — успел я подумать и потерял сознание.

ГЛАВА 4

26 сентября

Ваше слабительное когда-нибудь мяукало, говорило вам гадости и норовило цапнуть? Если нет, вам повезло…

Я проснулся оттого, что кто-то дотронулся до моего плеча.

Я тут же распахнул глаза и увидел над собой бабушкино лицо.

— Что ж ты будильник не слышишь? — укоризненно сказала она.

Я, не понимая, огляделся. Последнее, что я помнил, это ворс Захарова ковра под своей щекой. И вот я дома.

— Какой будильник? — собрался я с мыслями. — Сегодня же воскресенье, выходной. Зачем мне вставать?

— Температура, что ли? — изумилась ба.

— Ты же вчера сам сказал, когда пришел, что утром с Сашкой договорился встретиться.

— В смысле пришел? — не понял я. — Сам пришел?

Теперь в ее взгляде мелькнул испуг.

— Да что с тобой? Конечно сам. И не пьяный же был…Что, правда ничего не помнишь?

Вот именно, что ж это я забыл, что связался с магами? Но они-то молодцы: я отключился, а они меня своими ногами домой привели, да еще и умудрились бабуле про Ухо наврать.

— Так встаешь? Опоздаешь, будильник еще десять минут назад прозвенел, я думала, ты одеваешься, а ты спишь.

Я провел рукой по лицу, пытаясь проснуться, и тут посмотрел на свою ладонь и увидел… Вернее, нет, странность не в том, что я там увидел, а в том, что я как раз ничего не увидел. На ладони не было даже покраснения!

— Встаю, — механически пообещал я и сел на кровати.

— Поторопись, завтрак готов.

— Спасибо.

И бабушка вышла из комнаты. А я вздохнул с облегчением. Теперь можно было впасть в панику в одиночестве.

А паника была вызвана полным непониманием того, что со мной происходило. Наверное, человек вообще такое существо, которое начинает паниковать, попав в полосу изменений.

Интересно, зачем мне понадобилось вставать в такую рань в воскресенье?

— Чего сидишь, ушами хлопаешь? — раздалось откуда-то снизу, и Иосиф Емельянович выбрался из-под кровати. — Хочешь, чтоб учитель тебя дожидался?

Я вытаращил на него глаза.