Ветер

Мы свалились в воду, ветер всколыхнул волну и исчез, потеряв силу. В тот же миг Брагос ударил в меня всей своей мощью. И волны сомкнулись над моей головой.

ГЛАВА 21

В самый неожиданный момент друг может оказаться врагом, враг — другом, а древнее пророчество реальностью.

Тело ломило. Сознание возвращалось медленно. Шевелиться сил не было.

Наконец я окончательно пришел в себя и вспомнил, что со мной произошло. Брагос, Лена, море… Все это промелькнуло перед моим мысленным взором. Если она умерла…

Нет, сейчас нельзя об этом думать, необходимо разобраться, где я и почему Брагос меня не убил.

Захлебываясь, я был уверен, что это конец, но он меня вытащил и куда-то приволок. Куда? Зачем? И как давно? Моя одежда была сухой, но не факт, что она высохла, потому что прошло много времени, — ее можно было высушить с помощью простенького заклинания, его даже я знал.

Я открыл глаза и мгновенно узнал место, где находился — тот самый дом для сноса, где я нашел Сашку. У них что, тут штаб-квартира? Что-то не похоже.

Комната была пуста, а я лежал на полу и не мог пошевелиться.

Боль почти исчезла, но способность двигаться ко мне не вернулась — я был связан и далеко не веревкой, вернее, непростой веревкой. Обычную я бы уничтожил за несколько секунд. Веревка, которой меня связали, светилась ровным желтым светом. Я попробовал кое-какие заклинания, но успеха не добился. Я знал многие заклинания, но, как всегда, нужного среди них не было.

Я скосил глаза: кольца на моей руке не было. И что дальше? Что теперь прикажете делать? Заклинания не работали, освободиться я не мог.

Попробовал вызвать ветер. Сказать, что у меня получилось, это обозвать таракана мамонтом, ну то есть очень сильно преувеличить. Однако сказать, что у меня совсем ничего не вышло, тоже было нельзя. Ветер появился, но он был слабым-преслабым, такой не мог быть угрозой никому. Ай да веревочка! Чудо прям! Интересно, как называется то, что она делает с магом? Ладно, назовем это эффект Брагоса.

Стоп. А может, это он для меня такую изощренную смерть придумал? Бросить связанного и одного? Хотя вряд ли: для переполненного ненавистью Брагоса это, мягко говоря, странненько.

Раздались шаги. Я немедленно закрыл глаза, сделав вид, что еще не пришел в себя.

Если мне не изменял слух, в комнату вошли двое. Они остановились возле меня. Кто-то ткнул меня под ребра носком обуви, но я не шелохнулся.

— Долго же он, щенок, — прошипел Брагос.

— Ну, еще бы! — ответил женский голос.