Ветер

Я уже понял, что исцеление требует очень больших затрат сил и магической энергии, гораздо больших, чем многие заклинания, теперь я в очередной раз убедился в этом. Вылечить одного-двух легко, но столько больных чуть меня не добили.

— Парень, тебе плохо? — раздался надо мной старческий голос.

Я поднял голову: рядом с моей скамейкой стоял дед лет семидесяти, тревожно глядящий на меня.

— Немного, — признался я. — Не волнуйтесь, через пару минут все будет нормально.

— Мож, помочь чем? — заботливо осведомился дедуля.

— Нет, спасибо… — но когда старик уже решил идти дальше, я вдруг спохватился: — Ой! Да, вы можете мне помочь!

Дедуля обернулся.

— Вы не подскажите, как доехать до Нежино?

— Ой, так я оттуда! — неизвестно чему обрадовался заботливый старичок. — Я на машине, если хочешь, могу подвезти.

— Правда? — теперь я тоже обрадовался. Вот это удача! Но, как говорится, дуракам везет, так что удивляться не стоило. — Конечно, хочу! Спасибо вам огромное, — у меня даже головокружение прошло.

— Ну, пошли тогда, — позвал с собой дед.

— Денис, — представился я.

— От Диониса… — задумался Федор Михайлович и подозрительно посмотрел на меня. — Спиртным, небось, увлекаешься?

У меня теперь на такие «увлечения» времени совершенно не было, поэтому я честно ответил:

— Нет, не беспокойтесь…

Но старик, меня то ли не расслышал, то ли сделал вид, что не расслышал.

— Да ладно ты, — сказал он. — Кто ж в таком возрасте не баловался? Все мы грешны.

Возражать я не стал, пусть себе рассуждает, лишь бы меня доставил до места.

— А тебе повезло, что ты на меня наткнулся, — снова заговорил дед. — К нам теперь автобусы редко ходят, дачный сезон прошел.

Что мне повезло, я уже понял, вот только кто на кого наткнулся?

Тем временем мой спутник решительным шагом направился к стоящей неподалеку колымаге, которую он гордо называл «машиной». Нет, поймите меня правильно, я был рад и такому средству передвижения, но машиной этот «Москвич» быт лет двадцать-тридцать назад, а теперь скорее напоминал груду металлолома на колесах или погнутую консервную банку.

— А вот и мой конь, — сказал Федор Михайлович, открывая дверцу своего «скакуна» и с интересом наблюдая за моей реакцией.

Ну что, у меня души нет, что ли? Я старательно поработал над мышцами лица, чтобы ничем не открыть то, что подумал о транспорте на самом деле. А то состряпаю недовольную морду и дедка доброго зря обижу, и себя доставки лишу.

— Ну, садись, — предложил Михалыч.