Letum non omnia finit. Часть 1

Синьор Занзас сидел, склонившись над массивным письменным столом, на котором, слабо поблёскивая, лежал перстень босса Вонголы.

— Доброе утро, — негромко сказала я, аккуратно ставя поднос на край стола. Босс не ответил, так что я развернулась, чтобы вернуться в кабинет синьора Фабрицио и быть погребённой под слоями документации.

— Я разве отпускал тебя, — сказал босс мне в спину. Я замерла и медленно повернулась к мужчине, от которого повеяло жаждой убийства. Колени затряслись, а я поблагодарила всех богов за то, что надела юбку до щиколоток.

— Вам ещё что-то нужно? — пискнула я, безуспешно стараясь унять дрожащий голос.

Синьор Занзас пальцами подвинул кольцо Вонголы к краю стола и только потом ответил.

— Кольцо возьми, — голос мужчины был негромким, но требовательным. — И только попробуй возразить.

Пришлось подчиниться. Я взвесила на ладони перстень, который был просто громадным для моей маленькой руки. В замешательстве я посмотрела на босса. Тот закатил глаза.

— Пламя в него подай, — фыркнул мужчина.

Мои руки затряслись. Легко сказать, пламя подай. В последний раз это ничем хорошим не кончилось. Но синьор Занзас не тот человек, с которым можно торговаться. Так что я крепко зажмурилась, сжала пальцами кольцо и высвободила немного пламени.

Даже сквозь закрытые веки я видела, как камень на перстне окружило оранжевое пламя. А в следующий момент все мои ментальные щиты обрушились под натиском мощного пламени. Я не сразу поняла, что пламя было будто разделено на восемь похожих, но всё-таки разных частей.

И каждая часть как будто сканировала, прощупывала и оценивала. Не знаю, каков был результат, но почему эта сила называется именно пламя посмертной воли, я прекрасно осознала. Содержимое чёртового кольца пыталось сломить, подавить волю и навязать свою. Моё сознание заполонили ужасающие картины расправы над врагами семьи. И тот, кто передал кольцу часть своего пламени, явно весьма спокойно к этому относился.

Не выдержав этого натиска, я сдавленно вскрикнула и, забыв, где нахожусь, отшвырнула перстень подальше от себя.

Затем рухнула на колени, обхватив себя руками, стараясь не утратить разум.

Перед глазами всё ещё стояли убийства, так что я не видела ничего, что происходит в реальном мире. Меня рывком подняли на ноги и опустили на что-то мягкое, видимо кресло. В руки мне дали стакан, из которого я на автомате отпила, совершенно не чувствуя вкуса.

Способность воспринимать реальность возвращалась постепенно.